Генеральный партнер 2019 года

Издательство ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА

Забота с риском

Рубрика Акцент
Как сменить работу в киевском офисе на службу в зоне АТО, рассказала старший оперуполномоченный спецподразделения «Фантом» Наталья Мещерякова
«Фактически спецподразделение «Фантом» было создано для предотвращения торговли с террористами» ­­— Наталья МЕЩЕРЯКОВА

Наталья Мещерякова в Киеве только на три дня. Она приехала из зоны АТО на торжества по случаю годовщины создания спецподразделения Государственной фискальной службы (ГФС) Украины в зоне АТО «Фантом» — ее нового места работы. Но в юридическом мире ее знают как одного из ведущих ­специалистов в сфере интеллектуальной собственности.

Пока мы едем к месту проведения интервью, г-жа Мещерякова признается, что непривычно водить машину, в которой все работает. Там у нее два автомобиля — один постоянно глохнет, у второго ломаются тормоза. Вспоминает: «Недавно друг-волонтер привез мне «резину». Смотрю: разгружают колеса — одно, второе… пятое, шестое. Спрашиваю: «Зачем шесть?», — «Ты же девочка», — отвечает».

Мы сидим в маленьком кафе на Львовской площади. Хрупкая девушка в военной форме, отвечая на наши вопросы, время от времени отвлекается, чтобы поздороваться с входящими в кафе мужчинами в форме — коллегами. Сегодня их тут много. О том, как сменить деятельность по защите объектов интеллектуальной собственности на деятельность в сфере борьбы с контрабандой и финансированием терроризма, деловой костюм — на военную форму, сумочку — на автомат; о том, как изменить привычный уклад жизни, чтобы изменить страну, — читайте в интервью со старшим оперуполномоченным спецподразделения ГФС «Фантом» Натальей Мещеряковой. В зоне АТО она больше известна как «Позывной».

 

— Наталья, расскажите, когда возникло спецподразделение ГФС «Фантом» и с какой целью?

— «Фантом» возник ровно год назад. Сегодня в Киеве как раз проходят торжества по случаю годовщины его создания — участие в них примут парни из всех секторов в зоне АТО. Спецподразделение появилось не случайно. Именно в зоне АТО особенно видно, как украинское государство нуждается в защите его экономических интересов. «Фантом» создан для того, чтобы предотвратить незаконное перемещение товаров и денежных потоков через линию разграничения, контролировать оборот подакцизных товаров. Цель — предотвратить торговлю с террористами, бизнес на крови наших парней.

За этот год многое было сделано. В частности, прекращено движение автомобильного грузового транспорта через автомобильные дорожные коридоры. Внедрена разрешительная система для упрощения контроля за передвижением. Теперь перемещение товаров разрешено только железнодорожным транспортом и только тем предприятиям, которые платят налоги на территории Украины, не имеют задолженности перед бюджетом, не причастны к финансированию терроризма, но имеют производственные мощности на временно оккупированной территории. Разрешение на транспортировку сырья, комплектующих, необходимых в производстве товаров, предоставляется для того, чтобы поддержать непрерывный производственный цикл предприятия. При этом приоритет при предоставлении разрешения отдается ориентированным на экспорт компаниям.

Хотя, на мой взгляд, и эти условия слишком толерантные. В разрешительный перечень попадают компании, занимающиеся торговлей. Сейчас ГФС работает над тем, чтобы вернуть первоначальный смысл в порядок перемещения товаров, который изначально закладывался, — предоставлять разрешение только компаниям, имеющим единый производственный цикл. Именно для производства, а не для продажи товаров на не подконтрольных Украине территориях.

 

— То есть «Фантом» контролирует только железную дорогу?

— Нет. «Фантом» контролирует перемещение товаров по всей линии разграничения. Железную дорогу легче всего контролировать, поскольку количество железнодорожных путей, ведущих на ту сторону, ограничено, действуют контрольные пункты, на которых проверяется груз, совместно с сотрудниками других контрольных служб вскрываются и осматриваются все вагоны.

Любое перемещение товаров через линию разграничения автомобильным транспортом по умолчанию является незаконным: хоть по тропам через линию фронта от Гнутово до Станицы Луганской, хоть через дорожный коридор, контролируемый на КПВВ. Кстати о тропах: сейчас ими редко пользуются, все растаяло, грязь, но как только подморозит или подсохнет, снова начнут ездить.

Территория между нулевыми и первыми блокпостами по всей линии фронта контролируется сводными мобильными группами. В их состав входят сотрудники Службы безопасности Украины, Государственной пограничной службы Украины, спецподразделения «Фантом». Пограничники проверяют документы, «Фантом» — документы на груз, товарно-транспортные накладные, не поддельные ли они. Водитель говорит, к примеру, что едет в Светлодарск, а на самом деле предприятия, указанного в товарно-транспортной накладной, нет, или оно есть, но не имеет разрешения или исчерпало установленный лимит на перемещение товаров в «серую зону».

Кстати, журналисты часто спрашивают, почему военные не контролируют линию разграничения? Говорят: если с нашей стороны идет машина, ее никто не останавливает, то с другой также может пройти танк?! Я объясню: военные линию контролируют, часто останавливают транспорт и передают мобильным группам, но они не должны раскрывать свои позиции и присутствие ради остановки «газельки» или «спринтера». Задача Вооруженных Сил — сдерживать и давать отпор вооруженной агрессии. Линия разграничения — это условная территория шириной 500 метров, где они видят нас, а мы — их. Для остановки транспортных средств, пытающихся пересечь линию разграничения, и были созданы сводные мобильные группы. Они патрулируют объездные пути вокруг установленных дорожных коридоров, пунктов пропуска, блокпостов и вдоль всей линии разграничения. Группы знают, где по объездным дорогам фура может проехать, а где — нет. Незачем выстаивать живую шеренгу, если мы знаем, что здесь по полю транспорт не проедет, а там — участок заминирован.

 

— Как вы вообще попали в «Фантом»?

— Сначала я попала в мобильную группу как волонтер. Мой друг-волонтер из «Народного тыла» Родион попросил приехать и посмотреть на ситуацию как юрист. Почему в ряде случаев регистрируется уголовное производство по так называемой крымской статье 3321 Уголовного кодекса Украины, тогда как в ней ни слова о перемещении товаров нет. Почему суды «отфутболивают» админки по статьям 2043 и 1641 Кодекса Украины об административных правонарушениях (КУоАП). Я приехала на одну неделю, потом на две. Вникла в ситуацию, проанализировала, что нужно изменить в законодательстве. Увидела, как работают местные суды. Подготовила проекты жалоб о дисциплинарных нарушениях в Высшую квалификационную комиссию судей Украины, уведомления о преступлении — вмешательстве в автоматизированную систему документооборота суда. Примерно в это же время меня пригласили на работу в координационный штаб волонтеров «Сармат» при Генеральном штабе Украины в Краматорске, и я смогла продолжать выезжать как волонтер с мобильными группами.

Когда информация накопилась и оформилась в конкретные предложения, я решила донести ее до Государственной фискальной службы Украины. Меня приняло руководство: председатель Роман Насиров, его заместитель Сергей Билан. Я попросила полчаса времени для своих шести пунктов предложений. Где-то на третьем пункте меня остановили и сказали: в чем проблема, если хотите этим заниматься — занимайтесь! Буквально через неделю я пришла в «Фантом».

 

— Что это были за предложения, с которыми вы пошли к руководству ГФС?

— Во-первых, я и сейчас продолжаю настаивать на необходимости введении уголовной ответственности за нарушение порядка пересечения линии разграничения. В таком случае станет возможным привлечение к ответственности за покушение на преступление, за подготовку к нему (лишь небольшая часть транспорта задерживается непосредственно на «нуле», в основном транспорт ­задерживается на ­подъездных путях и тропах, в «отстойниках»). Такой институт, как соучастие в преступлении, позволит привлекать к ответственности военнослужащих (Во­оруженных Сил Украины, Национальной гвардии Украины, СБУ) — лиц, содействующих незаконному перемещению контрабанды. Давайте будем честны — те, кто занимается контрабандой, пользуются объездными путями отнюдь не наобум и без гарантий, что они доберутся до линии разграничения с товаром на несколько миллионов гривен.

 

— А во-вторых?

— Во-вторых, я предложила ужесточить санкции, предусмотренные статьей 2043 КУоАП «Нарушение порядка перемещения товаров в район или из района проведения антитеррористической операции». Это очень несерьезно — штраф 170 грн. Эта статья новая — была введена в действие летом 2015 года, и хорошо, что она есть, но ее авторы не до конца учли реальное положение дел. Представьте: фура перевозит товар на 1–3 млн грн, да и легковой автомобиль может перевозить продукцию на 50–100 тыс. грн. А ответственность по статье 2043 КУоАП — штраф от 170 грн до 3400 грн. Статья эта не работает еще и потому, что нет порядка перемещения товаров, который Кабинет Министров Украины должен был принять еще в августе 2015 года. Прошло уже почти полгода, а порядка перемещения товаров до сих пор нет. Действует временный.

В-третьих, я предложила конкретизировать перечень критериев, по которым предприятиям предоставляется разрешение перемещать товары железнодорожным транспортом, чтобы избежать ситуаций, когда мы поощряем торговлю с террористами. Подчеркиваю: мы должны поддерживать только те предприятия, которые имеют единый производственный цикл на украинской и временно не подконтрольной Украине территории и, разумеется, платят налоги нашему государству.

Также предлагала идею ввести ограничения на перемещение средств. Об этом я говорила еще летом 2015-го. Через линию разграничения везут деньги, и в достаточно крупных суммах и в гривне, и в другой валюте. Не секрет, что не имеющие банковской системы террористические ЛНР и ДНР испытывают дефицит наличных средств. Пояснения лиц, которые прячут деньги от контрольных служб, четко следуют двум версиям. Первая — это пенсии знакомых и родственников. Критики эта версия обычно не выдерживает — родственников и знакомых набирается до 60 человек, с якобы пенсионных карточек снято по 25–30 тыс. грн., и остатки на них по 50–80 тыс. грн. Есть основания полагать, что это зарплаты боевиков. Вторая версия — задержанные настолько не доверяют банковской системе Украины, что возят личные сбережения, накопленные за десятки, по их словам, лет, в машинах — в обшивке салона, во встроенных в авто сейфах. В ходе расследования выясняется, что задержанные причастны к деятельности конвертцентров, куда деньги через «прокладки» поступают из временно не подконтрольных территорий. В действиях таких лиц следователи спецподразделения «Фантом» усматривают признаки уголовного преступления — финансирования терроризма, регистрируют уголовные производства, собирают доказательства, сотрудничают с прокуратурой и имеют, должна отметить, поддержку судов. На сегодня все выявленные денежные средства, а это уже больше полумиллиона долларов, десятки миллионов гривен и рублей, арестованы.

 

— «Фантом» также пресекает незаконный оборот подакцизных товаров?

— Да. Это касается как алкогольной продукции, так и табачных изделий. Из ДНР и ЛНР везут дешевый суррогатный спирт в канистрах, 5-6-литровых баклажках или уже разбавленный и разлитый в бутылки; а на ту сторону везут акцизные марки (списанные или поддельные).

Еще оттуда везут сигареты донецкой табачной фабрики «Хамадей» — это крупнейший производитель контрафактных сигарет, с которым уже кто только не боролся. Раньше можно было подойти в киоск и спросить «Chesterfield есть?», а в ответ услышать: «Вам харьковский или донецкий?». Дело в том, что харьковский — от компании Philip Morris, а донецкий — от «Хамадея» (контрафактный и, естественно, дешевый). Сейчас «Хамадей» продолжает штамповать дешевые сигареты, их везут на нашу сторону, и потом они расходятся по всей Украине и, говорят, попадают даже в Европу, а на неподконтрольную территорию везут нормальные сигареты, которые «Хамадей» не производит.

Недавно следователи и оперативники «Фантома» вместе с СБУ на протяжении двух суток проводили обыски в Мариуполе. Изъяли почти четыре тонны суррогатной спиртосмеси и огромные деньги — выручку от продажи этого пойла по «наливайкам» по всему городу. Когда проводили обыски на рынках, женщины подходили и благодарили, мол, сил нет от этих пьяниц, с 6 утра в очереди за 100 граммами стоят. А перед этим выявили два больших склада с контрафактными сигаретами и сигаретами, на которых не было марок акцизного налога. Я в жизни не видела таких брендов сигарет!

В случае с алкоголем могу с уверенностью сказать — «Фантом» снижает небоевые потери в Вооруженных Силах. Эта суррогатная копеечная водка продается вдоль линии фронта, а поскольку в войсках, увы, есть проблема с «аватарами», то каждый изъятый литр помогает ее решать.

 

— Какой самый крупный «улов» был у «Фантома»?

— В мае прошлого года при участии «Фантома» были задержаны 168 фур в Луганской области. Сводные мобильные группы существенно снизили поток желающих ехать в ДНР и ЛНР через «ноль». Фуры-двадцатитонники и десятитонники — уже совсем редкость. Самое крупное недавнее задержание — пять машин, которые шли «караваном» (два десятитонника и три пятитонника). А по деньгам — 350 тыс. долларов. Водитель безработный, давно не имеет постоянного источника дохода, позволяющего заработать такую сумму, однако утверждал, что это его личные накопления. А с собой возит, потому что никому не доверяет. За месяц пересекал линию разграничения 18 раз. Курьер.

 

— Что сейчас происходит с вашим интеллектуально-юридическим бизнесом — компанией по оказанию юридических, экспертных и оценочных услуг в сфере интеллектуальной собственности IPexperts? Кто остался «на хозяйстве»?

— Все хорошо, компания продолжает успешно работать, но без меня — я теперь госслужащий и отказалась от доли в бизнесе. Команда IPexperts давно выросла в профессиональном плане, каждый может принимать самостоятельные решения, общаться с клиентами — и каждый в своем амплуа. У нас есть инженер-патентовед, занимающийся изобретениями и полезными моделями. У нас есть экономист-оценщик, патентный поверенный, юрист. Руководит вместо меня Татьяна Сарделли. Мое вмешательство в дела компании уже в прошлом году было минимальным — я давно с головой погрузилась в волонтерскую деятельность.

В какой-то момент осознала, что волонтерской деятельностью можно заниматься на другом уровне: не возить на фронт медицинские препараты, запчасти, форму и оптику, а стимулировать военных действовать по уставу. Ведь на самом деле большая часть из того, в чем испытывают потребность военные, есть на складах, государство сейчас тратит намного больше средств на обеспечение наших войск. Но не все доходит до ВОПов и РОПов, потому что кто-то не написал рапорт, кто-то не подал заявку, а кто-то боится пожаловаться на то, что «не довезли» или «недодали». Задача «Сармата» заключалась и в том, чтобы понять, где обрыв связи между фронтом и кабинетом, где составляется смета расходов на нужды армии.

 

— Сейчас вы работаете практически в «поле». Каковы условия проживания?

— «Фантом» несет службу в том числе на передовых блокпостах, но специфика задач и график выходов позволяет жить не в окопах и блиндажах, а в казармах. На бытовые условия грех жаловаться — я-то прекрасно знаю, в каких условиях живут военные, а у нас все просто отлично, правда.

 

— Как вы решились сменить деловой костюм на военную форму, работу в офисе на службу в зоне АТО?

— Зато теперь у меня нет проблемы, что утром надеть. Форма — это удобно! Но если без шуток, то это просто следующий уровень волонтерства. У меня все началось еще со времен Майдана, потом — война, сейчас, скажем так, я мобилизовалась на госслужбу.

Вы знаете, как много юристов и бизнесменов пошли работать в органы государственной власти. Уважаю каждого, кто решился инвестировать свой опыт, знания и время в развитие государства. Я верю, что те, кто пошел работать в парламент, министерства, прокуратуру, пошли туда не коррупционные схемы строить, а что-то менять.

Кстати, я никогда в своей работе не сталкивалась с налоговой милицией, представляете? Я не консультировала в вопросах налогообложения, не занималась защитой бизнеса в уголовных делах. У меня было абсолютно индифферентное отношение к налоговикам. С фантомовцами я познакомилась в зоне АТО, и они ничем не отличаются от вояк — носят ту же бэушную «британку» (британская военная форма — прим. ред), ездят на древних «корчах», стоят на блокпостах и в зной и в стужу, трепетно развешивают на стенах детские рисунки — да, как и все здесь, в АТО. Разговорились — все до единого добровольцы, патриоты, как и все вояки, ругают правительство, ждут реформ и обсуж­дают положение на фронте.

Уже когда я попала в «Фантом», то стала ощущать на себе негативное отношение — все, я же теперь в налоговой милиции, которая вся напрочь состоит из коррупционеров и душителей бизнеса. Все не так однозначно, хочу я сказать коллегам-юристам. Я бы предложила всем, кто критикует налоговиков, прокуратуру, исполнительную службу, да и в принципе любой государственный орган, «мобилизоваться» в него на какое-то время вместе со всем своим багажом знаний и опытом управления персоналом и выстраивания бизнес-процессов, со своими талантами, судебной практикой, со своим пониманием рынка и его проблем. Попробуйте поработать на государство. Попробуйте удержать профессионалов, поднять им зарплату. Попробуйте изменить подход к финансированию госструктур. Попробуйте что-то менять, предлагать, прилагать усилия к реформам, а не ругать какую-то, судя по содержанию претензий, абстрактную систему, сидя в своих уютных офисах. И не злословить за спинами коллег, кто отважился пойти работать на государство и оставил свой бизнес.

Что касается парней, с которыми служу, то могу сказать: они — профессионалы с колоссальным опытом, талантливые следователи и опера. Патриотичные и принципиальные. Жаль, многим из них некуда возвращаться после службы в АТО. Идет сокращение и реформирование. Мне за них больно.

 

— Как, по вашему мнению, военные действия повлияли на нашу жизнь?

— Эта война соединила страну и очень ее перемешала. В АТО служат ребята, которые до этого ни разу не были на Донбассе, рядом с парнями, которые до войны жили в Донецке и Луганске. Я наблюдаю, как западноукраинские традиции приживаются на востоке, как восточные настроения слушает запад. Именно в АТО сейчас идет этот пресловутый культурный диалог между востоком и западом. И реально же идет.

Кстати, я в этом году впервые по-настоящему, по-украински праздновала Рождество!

 

— Как именно?

— Я выросла в семье, где Рождество не очень праздновали, к сожалению. А в этом году на Святой вечер у нас было 12 постных блюд, настоящая кутья. Процессом приготовления руководил наш командир, который родом из Ивано-Франковска. Так душевно пели колядки, все было очень аутентично, по-украински, по-семейному, пусть и далеко от семей. Я не знала рождественских традиций, пока не попала на Донбасс. И, кажется, именно на Донбассе я заговорила по-украински.

 

(Беседовала

Кристина ПОШЕЛЮЖНАЯ,

«Юридическая практика»)

Поделиться

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.

Содержание

Акцент

Забота с риском

Государство и юристы

МЭРТвая тишина

Государство и юристы

Новости законотворчества

Предлагается изменить статью УК Украины «Незаконное обогащение»

Изменен ГПК в части установления факта рождения на оккупированной территории

КМУ внес очередной проект о реструктуризации кредитов

Государство и юристы

Неправовые акты

Изменения в порядок

Вещательный голос

Концепт по заявкам

Книжная полка

Системное размышление

Неделя права

Формат в деле

Неделя права

Новости из-за рубежа

В Великобритании впервые наложен штраф за нарушения при страховании ответственности юристов

Неделя права

Годность и предубеждение

ВСЮ отчитался

Показатели работы

Новости из зала суда

Судебная практика

ВСУ определил юрисдикцию дел по спорам между адвокатами и КДКА

Студия «1+1» добилась пересмотра дела по «Ревизору» в ВСУ

Новости юридических фирм

Частная практика

ЮФ «Василь Кисиль и Партнеры» представила интересы «Интертранс» в Верховном Суде Украины

Юристы МПЦ EUCON защитили интересы компании «Укрречфлот»

МЮФ Integrites усиливает практику разрешения споров в России

ЮФ Aequo консультирует Сбербанк в связи с реструктуризацией кредитной линии

Отрасли практики

Фиктивные делки

Сложное продолжение

Полномочный пошел

Рабочий график

Адвокатские гарантии

КАЛЕНДАРЬ на неделю

СТРАНИЦА ИЗ ЕЖЕНЕДЕЛЬНИКА ЮРИСТА

Самое важное

Ускоренное суждение

Замыкая крюк

Техническое прикрепление

Все в очередь!

Судебная практика

Новое начинание

Базовые знания

Судебная практика

Судебные решения

За задержку исполнения судебного решения не начисляются инфляционные потери и 3 % годовых

Квалификация незаконного завладения транспортным средством

О нюансах признания сделок по авалированию векселей недействительными

Судебная практика

Примат публичности

Размытые формы

Тема номера

Сборное предложение

Все будет формально

Сесть на цель

Ролевой порог

Лучший круг

Трибуна

Обет умолчания

Частная практика

GOLAW. Go South. Go West

Другие новости

Slider

PRAVO.UA

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: