Генеральный партнер 2020 года

Издательство ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА
Главная » Выпуск №3 (473) » Спорная юрисдикция

Спорная юрисдикция

Об информационном письме ВХСУ № 01-8/2351 от 20 октября 2006 года

Суды общей юрисдикции нередко с завистью следят за тем, как в судах хозяйственной юрисдикции решаются вопросы единства судебной практики. Речь идет о многочисленных информационных письмах Высшего хозяйственного суда Украины (ВХСУ) по различным вопросам судебной практики — как процессуальным, так и относительно применения судами норм материального права.

К сожалению, такого нет в судах общей юрисдикции. Прежде мы регулярно получали так называемые правовые позиции Верховного Суда Украины (ВСУ) по различным вопросам судебной практики. Сейчас этого нет. Наверное, это связано с невероятной загруженностью высшего судебного органа государства. Вместе с тем ВСУ постоянно твердит о необходимости утверждать единство судебной практики и применения законов. К примеру, Апелляционный суд Харьковской области нередко направляет в ВСУ спорные вопросы судебной практики о применении конкретного законодательства, но ни на один из таких вопросов ответа не последовало ни в адрес суда конкретно, ни публично в форме «ответов на вопросы» в официальных изданиях ВСУ.

Вместе с тем такая потребность существует. Применяя с 1 сентября 2005 года новый Гражданский процессуальный кодекс Украины (ГПК), апелляционный суд вынужден был самостоятельно вырабатывать и направлять в районные суды области информационные письма по некоторым проблемным вопросам применения этого Кодекса, касающимся судебного приказа, заочного решения, публикации в СМИ о вызове ответчика и т.д. ­В 2006 году апелляционный суд получил из районных судов более 70 спорных вопросов только о применении нового ГПК (сейчас готовятся соответствующие ответы)! Однако хотелось бы получать ответы и из ВСУ. Увы!

Возвращаясь к теме статьи, хочется поделиться некоторыми сомнениями относительно разрешения хозяйственными судами (поскольку это напрямую касается и судов общей юрисдикции) спорных вопросов юрисдикции дел:

1) при участии в нем третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора;

2) при обжаловании действий государственного исполнителя, совершенных в сводном исполнительном производстве.

Естественно, эти вопросы возникли в связи с принятием новых процессуальных законов, а именно: ГПК и КАС. Вместе с тем новый Хозяйственный процессуальный кодекс Украины (ХПК) еще не принят.

Эти вопросы затронуты в пунктах 9 и 20 информационного письма ВХСУ № 01-8/2351 от 20 октября 2006 года (см. «ЮП» № 47 (465) от 21 ноября 2006 года).

Не секрет, что проблема разграничения компетенции суда существует во многих странах. Не является исключением и Украина, судебная система которой представляет собой достаточно сложное устройство, особенно в отношении юрисдикции судов.

Обращение не в тот суд, который по закону правомочен рассмотреть по существу правовое требование заявителя, в гражданском, хозяйственном или административном процессе влечет за собой отрицательные для заявителя последствия. То есть ненадлежащий суд не может осуществить судебную защиту нарушенного, оспариваемого или непризнанного права, законного интереса.

Это, в принципе, нормально, но при условии четкого определения законодателем правил компетенции (подведомственности), позволяющих и суду, и лицам, обращающимся в суд, ясно представить, какой суд является надлежащим для рассмотрения того или иного требования. Если такая ясность отсутствует, то возникает проблема доступности правосудия.

Как известно, с принятием новых ГПК и КАС в судебной практике вместо двух появились три критерия разграничения компетенции судов различных юрисдикций: 1) характер и предмет спора; 2) субъектный состав; 3) уяснение, не подлежит ли дело рассмотрению по правилам иного вида судопроизводства (статья 15 ГПК).

Итак, о третьих лицах.

ВХСУ в пункте 9 своего информационного письма рекомендует хозяйственным судам следующее. Поскольку статьи 1, 21 ХПК указывают, что только сторонами — истцом и ответчиком — в хозяйственном процессе могут быть юридические лица и физические лица — субъекты предпринимательской деятельности (естественно, не принимая во внимание дела о банкротстве), то участие в хозяйственном процессе третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, а именно физического лица, не влияет на юрисдикцию (подведомственность) хозяйственного спора.

Известно, что такое третье лицо — это лицо, участвующее в деле на стороне истца или ответчика в связи с тем, что решение суда по делу может повлиять на его права или обязанности по отношению к одной из сторон (статья 27 ХПК, статья 35 ГПК, статья 53 КАС). Такое влияние может быть связано с правом регресса или с иным юридическим интересом третьего лица или одной из сторон.

В соответствии со статьей 35 ГПК, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора (в ХПК, как и в бывшем ГПК, «на предмет спора»), имеют процессуальные права и обязанности сторон, за исключением прав по распоряжению предметом спора. То есть они обладают всеми процессуальными правами, необходимыми для защиты их прав и интересов, связанных с этим процессом. Они, в частности, могут знакомиться с материалами дела, принимать участие в исследовании доказательств, давать устные и письменные показания, заявлять ходатайства о назначении экспертиз, обжаловать решения и многое другое (статья 27 ГПК). Следовательно, такие же права они будут иметь в хозяйственном процессе по предложенному варианту указанного письма (статьи 22, 27 ХПК).

Но, по моему мнению, использовать эти права в хозяйственном процессе по ныне действующему ХПК они вряд ли смогут и, как вывод, такой спор хозяйственным судам, наверное, не подведомственен. Статью 18 ХПК о составе участников хозяйственного процесса необходимо понимать в системной связи со статьями 1, 12 этого же Кодекса, в соответствии с которыми участие физических лиц в хозпроцессе невозможно (за исключением некоторых дел). К тому же из статьи 91 ХПК следует, что только стороны могут обжаловать решение суда, а не третье (физическое) лицо.

К примеру, возник спор между юридическими лицами относительно возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, по вине водителя, который находится в трудовых отношениях с одним из юридических лиц. Естественно, привлечение данного физического лица к участию в деле является обязательным (участие в деле — это его право), поскольку он участвует в деле, чтобы предотвратить неблагоприятные для себя последствия решения суда в виде возможного к нему предъявления регрес­сного иска. В процессе он помогает лицу, на стороне которого участвует в деле. Если решение суда будет неблагоприятным, то потом их интересы противоположны, так как по регрес­сному иску это третье лицо станет ответчиком.

В процессе по регрессному иску третье лицо не сможет оспаривать юридичес­кие факты, установленные вступившим в законную силу судебным решением, поскольку они преюдициальные. Если же третье лицо не привлекалось к участию в деле, то оно вправе оспорить в другом процессе такие факты, поскольку в этом случае законная сила судебного решения на него не распространяется. Вследствие этого могут появиться конкурирующие решения суда, в частности, о вине причинителя вреда. Это недопустимо.

Примером такой ошибки, по моему мнению, может служить приведенный пример из судебной практики в «ЮП» № 35 (453) от 29 августа 2006 года. ВХСУ отменил решения нижестоящих хозяйственных судов, которые прекратили производство по делу между двумя юрлицами о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опаснос­ти по вине одного из водителей юрлица, поскольку он должен быть привлечен к учас­тию в деле. ВСХУ практически сделал вывод, что, поскольку по правилам ГК в данном случае отвечает непосредственно юрлицо, привлекать к участию в деле физическое лицо нет надобности.

В данном случае ошибка, полагаю, заключается в том, что непривлечением физического лица, а его привлечение в нынешнем хозяйственном процессе невозможно, о чем указывалось выше, нарушаются его права. Ведь в дальнейшем к нему возможен регрессный иск, где он будет иметь право оспаривать юридичес­кие факты, установленные решениями хозсудов, следовательно, возможны неоднозначные судебные решения о вине причинителя вреда. Понятия о справедливом судебном разбирательстве, юридической определенности, едином понимании сути законов субъектами права этого не допускают.

Несколько изменит ситуацию вступ­ление в силу нового ХПК, если он будет принят, поскольку в нем впервые вводится институт специальной подведомственности (статья 26 проекта ХПК). Только по указанным делам (не по всем) участие в деле в качестве третьего лица физичес­ких лиц не меняет юрисдикцию хозяйственного спора. Здесь не будет спора, поскольку законодатель таким образом определяет состав участников хозпроцесса. Но такое право — устанавливать новую норму права о подведомственности — не предоставлено самим судам ныне действующим ХПК.

Другое дело, что суды не должны своим решением создавать основания для ответственности третьего лица перед истцом или ответчиком. Необходимо исходить из характера спорных отношений и учитывать, является ли обязательным участие такого третьего лица в споре вследствие норм материального права.

К примеру, нередко в суды общей юрисдикции подаются иски (в основном по корпоративным ­спорам), суть которых заключается в ­споре между двумя юрлицами, однако третьим лицом или соответчиком в иске указывается физическое лицо — акционер или директор предприятия. Нет сомнения, что это делается искусственно для принятия дела судом общей юрисдикции. Но если ни акционер, ни директор предприятия не являются субъектами спорных правоотношений, то такой спор подведомственен хозсудам.

Учитывая указанную спорную ситуацию, хочется верить, что сомнения устранят высшие судебные органы совместными усилиями (совместным или информационным письмом либо постановлением пленума). А еще лучше, если достаточно четкие изменения будут внесены в процессуальные законы.

В пункте 20 рассматриваемого информационного письма ВХСУ разъяснил, что если в жалобе на государственного исполнителя указывается об обжаловании его действия или бездействия, совершенного в сводном исполнительном производстве, то в силу статьи 1212 ХПК хозяйственный суд вправе рассмотреть жалобу исключительно в части, касающейся исполнения судебного решения только хозяйственного суда.

Но на практике не так легко эти действия разграничить. К примеру, взыскатель, физическое лицо, обжалует единственное действие госисполнителя — отложение по просьбе другого взыскателя, юрлица, исполнительных действий в сводном производстве, в котором исполняется решение хозсуда о возмещении ущерба с должника, решение суда общей юрисдикции о взыскании с того же должника зарплаты, решение административного суда о взыскании с должника морального вреда. Или же должник обжалует действия госисполнителя в этом сводном производстве по наложению ареста на его имущест­во для исполнения всех решений в пользу всех взыскателей. Как определить, при исполнении решения какого из судов наложен арест на имущество должника?

Кроме того, при рассмотрении дела к участию в нем должны быть привлечены все участники исполнительного сводного производства, поскольку решение суда влияет на их права.

Если у исполнителя разные исполнительные производства, то вопросов не будет, поскольку жалобу на исполнителя рассматривали бы соответственно хозяйственный суд (статья 1212 ХПК), суд общей юрисдикции (статья 383 ГПК) и административный суд (статья 181 КАС).

В приведенных выше примерах исполнительные действия не касаются конкретных действий исполнителя относительно какого-либо решения суда, но лишь его единственного действия по исполнению одновременно всех решений судов. Обжалование одного и того же действия гос­исполнителя в разных судах, как разъяснено в письме, может привести к появлению конкурирующих решений, исключающих друг друга.

Действующие процессуальные законы, к сожалению, ответа на этот вопрос не дают. Но, учитывая четко определенную специализацию хозяйственных и административных судов, данная жалоба должна рассматриваться в суде общей юрисдикции. Желательно, чтобы на данную ситуацию был дан совместный ответ высшими судами разных видов юрисдикций. Минимизация рисков возникновения подобных ситуаций процессуальными средствами входит в задачу облегчения доступа к суду и предоставления судебной защиты.

ЛУСПЕНИК Дмитрий — к.ю.н, доцент кафедры гражданского процесса НЮАУ, ­судья Апелляционного суда Харьковской области, г. Харьков

Поделиться

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Подписывайтесь на «Юридическую практику» в Facebook, Telegram, Linkedin и YouTube.

0 Comments
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
Slider

Содержание

Государственная практика

Вместо одного органа хотят три!

Деловая практика

Конкурсы для рейтингов

Законодательная практика

Рассмотрим закон «о законах»…

Зарубежная практика

Всемирная турорганизация

Защищенная «персоналка»

Комментарии и аналитика

Спорная юрисдикция

Взыскать с юрлица по «чужим» долгам

Мировое соглашение в хозпроцессе

Неделя права

Парковщиков — к ответу!

В МВД грядут пертурбации

«Трансграничное» взыскание

Судебная реформа по-грузински

Реестр событий

Гостайну — военным судам!

Вот такой я загадочный...

Разбор полетов…

Закон вопреки воле Президента

Судебная практика

Оригинальность восторжествовала!

Судебные решения

О соблюдении авторских прав при проведении гастролей

Об аспектах защиты смежных прав

Законная реклама с точки зрения защиты интеллектуальной собственности

О применении регистратора расчетных операций и расчетной книжки в сфере туризма

О праве пользования культовыми зданиями

Тема номера

Неоднозначные полномочия суда

Процессуальный «тупик» обжалования

Частная практика

Делу — время, потехе — час

Юридический форум

Баланс интересов акционеров

Новый год — новые вопросы

Другие новости

PRAVO.UA

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: