Генеральный партнер 2019 года

Издательство ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА

Нарушение в защите

Рубрика Акцент
Нарушая права отдельного человека, невозможно защитить права людей, которые объединены в общество, уверен Игорь Фомин
Игорь ФОМИН: «Примеров необдуманных законодательных решений, повлекших катастрофические последствия, у парламента накопилось немало»

Справедливость, соблюдение прав человека, верховенство права, правосудие — эти темы сегодня будоражат умы всех украинцев. На марше очередная судебная реформа, главный посыл которой — нам нужен сильный Высший совет правосудия (ВСП), чтобы обеспечить правосудие для каждого. Такова заявленная цель и законопроекта № 1008 «О внесении изменений в некоторые законы Украины относительно деятельности органов судейского управления». К этой идее критично относится профессиональное сообщество. Своим мнением, почему нельзя спешить, принимая такие важные законы, впрочем, как и любые другие, и что же надо делать, чтобы обеспечить соблюдение прав человека в Украине, поделился Игорь Фомин, член Высшего совета правосудия, адвокат, имеющий многолетний опыт защиты в уголовных производствах, где вопрос соблюдения прав является наиболее чувствительным.

— Игорь Юрьевич, Высший совет правосудия, членом которого вы сегодня являетесь, предлагают сделать фактически центральным органом судейского управления. Почему эта идея не воспринимается даже в ВСП?

— Прежде чем делать что-то, надо понять, зачем мы это делаем и какой результат мы хотим получить. Если говорить о судебной реформе, то ее конечной целью, очевидно, должно быть обеспечение каждому права на справедливый суд. В контексте уголовной юстиции, которая мне профессионально ближе, это должно означать, что каждый совершивший преступление должен быть осужден и понести наказание, соответствующее преступлению. При этом каждый, кто не совершал преступления, должен быть оправдан в ходе справедливого и состязательного процесса, а потерпевший, в свою очередь, в любом случае должен получить надлежащую защиту и возможность восстановления своего нарушенного права. В частных правоотношениях схема немного проще, но смысл ее такой же: каждый, чье право или законный интерес нарушены, должен иметь возможность их защитить, восстановить или получить адекватную компенсацию, а виновные в нарушении такого права — понести ответственность. Это и понимается обычно под термином «право на справедливый суд».

Если с этим разобрались, тогда стоит перейти к другому вопросу: приведет ли к этой цели заявленная новой властью судебная реформа?

— По вашему мнению, нет?

— В отличие от политиков я не могу столь быстро проанализировать и сделать вывод обо всех возможных последствиях предлагаемых изменений в системе правосудия. Идеи, заявленные в них, конечно, положительные. Но законодательный процесс не любит скорости и не прощает ошибок. Прежде чем принять поправку, а тем более проводить реформы (как это слово полюбилось украинским политикам!), надо изучить, какие последствия она вызовет.

Выдающийся юрист Анатолий Кони говорил: «Законодательная деятельность в своей вдумчивой и медлительной по самому своему существу работе уподобляется старости, о которой поэт сказал, что она «ходит осторожно и подозрительно глядит». С тех пор ничего не изменилось, и я хотел бы, чтобы все те, кто сегодня принимает законы, распечатали эти мудрые слова, и каждый раз обращались к ним, прежде чем голосовать в сессионном зале. Тем более что примеров необдуманных законодательных решений, повлекших катастрофические последствия, у  парламента последних нескольких созывов накопилось немало. Мы все помним, чем обернулся для уголовного правосудия «закон Савченко» и последующая его отмена, к чему привели так называемые поправки Лозового, от которых сегодня предлагают отказаться. И эта инициатива (Закон «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно усовершенствования отдельных положений уголовного процессуального законодательства» (законопроект № 1009), который 9 октября с.г. был направлен на подпись Президенту Украины — прим. ред.) мне, как практику в уголовном процессе, весьма по душе, но я категорически против спешки. Мне кажется, что, уделив больше времени подготовке и анализу последствий, можно было бы провести более значимые изменения, которые бы действительно усовершенствовали процедуры уголовного производства.

Заметьте: все недоработки законодателя при принятии законов рано или поздно проявляются в судебных спорах. А когда суды судят по таким законам и принимают решения, которые кажутся обществу несправедливыми, все недовольство высказывается именно в адрес судов.

— Отсюда, очевидно, и поразительная статистика недоверия судам. Почему власть оказалась в такой ситуации и, главное, как изменить ее?

— Правосудие, или судебная власть, — это такая же государственная власть, как исполнительная и законодательная. Недоверие судам равно недоверию власти. Поэтому надо перестать законодательной и исполнительной властям попирать правосудие. Чтобы быть сильной власти в целом, в ее системе должны работать независимые суды.

Независимость правосудия — это реальная возможность каждого судьи принять решение в соответствии с теми доказательствами, которые были перед ним представлены и которые он оценил. Независимо ни от политики, ни от мнения общественности. Независимость правосудия — это одновременно независимость каждого судьи.

Независимость судьи обеспечивается прежде всего тем, что судью нельзя просто так уволить. Что происходит сейчас? Изменяя закон, пытаются уволить половину судей высшей судебной инстанции страны. То есть через закон диктуют, сколько должно быть судей в Верховном Суде (ВС), определяя их количество наобум. Почему 100? Почему не 120 или 80? Эту инициативу ничем иным, как вмешательством законодательной власти в  судебную, не назовешь.

Нельзя просто так менять правила. Судья пошел на важную для общества работу, согласился ее выполнять, нельзя его ущемлять, урезать финансирование и менять ставки окладов, наказывать судей финансово. Напротив, судей надо поощрять материально, мы же выступаем за честность и непредвзятость. А должное финансовое обеспечение — одна из таких гарантий. Это подтверждено и международными нормами, и решениями Конституционного Суда Украины неоднократно. Уменьшение содержания — это тоже прямое давление на судей. По-моему, это впервые за период независимости Украины, когда их содержание уменьшается, а не увеличивается.

В конце концов, давайте вернемся к началу нашей беседы и цели судебной реформы, и честно ответим на вопрос: будет ли обеспечено право на справедливый суд, если мы сократим количество судей ВС, а оставшимся урежем оклады? Нет. Этот путь ошибочен и неправомерен, поскольку нарушает основу — принцип разделения властей, а значит, нам надо искать другой путь.

— Но теперь же предлагается, что отбор будет делать общество — международные эксперты и представители общественности.

— Вторая ошибка новых политиков — стремление дать как можно больше прав общественности. Но общественность или общественные деятели — это не народ в целом, а отдельные конкретные люди, у которых есть свои интересы. Те, кто хотел служить обществу, строить государственность, пошли на госслужбу — каждый в своей нише.

Те, кто еще в прошлом веке называл себя общественными деятелями, — это успешные в своей сфере врачи, адвокаты, предприниматели, ученые — филантропы, которые поддерживали и развивали общество. Сегодня же понятие «общественный деятель» выхолощено, это стало профессией для тех, кто себя не смог реализовать в конкретной отрасли экономики, и эта деятельность весьма прибыльна сегодня. Но почему мы доверяем неким условным общественным деятелям больше, чем лицам, которых поддержало профессиональное сообщество?

Возьмем, к примеру, формирование ВСП. Пятьдесят тысяч адвокатов определили своих делегатов, и те на съезде избрали двух своих представителей в ВСП. Десять тысяч прокуроров через своих делегатов на конференции избрали своих представителей, шесть тысяч судей провели съезд и определились со своими представителями, прошла конференция ученых-юристов, были проведены конкурсы, по результатам которых Президент и Верховная Рада Украины назначили своих представителей в Совет. Почему три неких «представителя общественности», пусть даже самых честных и хороших, должны иметь возможность пересмотреть выбор шести независимых субъектов формирования ВСП и фактически отменять их решения, в том числе указы главы государства и постановления парламента? Эта идея разрушает саму суть независимости судебной власти. Это путь в никуда.

Прикрываясь благими намерениями, они выстилают дорогу отнюдь не в рай.

Поэтому в части формирования ВСП, определении его статуса не надо сейчас ничего менять, по крайней мере не разобравшись, приведут ли такие изменения к обеспечению каждому права на справедливый суд. Мне же кажется, что мы не сможем прийти к всеобщей справедливости, поступая несправедливо по отношению к кому-либо: судьям, или прокурорам, или даже преступникам. Спросите себя, можно ли защитить права всех, нарушая право каждого? И спросите наоборот: можно защитить права всех, защищая право каждого? Нарушая права отдельного человека, невозможно защитить права людей, которые объединены в общество.

Беседовала Ирина ГОНЧАР, «Юридическая практика»

 

Поделиться

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.

Другие новости

Slider

PRAVO.UA

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: