Генеральный партнер 2021 года

Издательство ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА
Главная » Юридическая практика № 10 (1159) » Что осталось за кадрами?

Что осталось за кадрами?

Воля законодателя к проведению реформирования уголовной юстиции не должна проявляться исключительно в кадровой перезагрузке — месседж участников LHS Discussion Hub
Для обсуждения актуальных проблем правоохранительной системы и поисков путей их решения за круглым столом собрались представители профессионального сообщества

Реформа — это не национальное достояние, а перманентное состояние, в котором находятся сфера правосудия и смежные правовые институты, в частности прокуратура. Еще в сентябре прошлого года законодатели взяли курс на проведение масштабной перезагрузки органов прокуратуры: Законом Украины «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно первоочередных мер по реформе органов прокуратуры» были предусмотрены переаттестация прокурорских кадров, сокращение предельной численности прокуроров на треть (с 15 тыс. до 10 тыс. человек), изменение структуры органов прокуратуры и временная передача всех кадровых и дисциплинарных функций фактически в одни руки — в сферу компетенции Генерального прокурора. Параллельно еще летом 2019 года глава государства создал Комиссию по вопросам правовой реформы, которая, в частности, должна была работать по двум направлениям — заниматься развитием уголовного права и реформированием уголовной юстиции.

Своими оценками эффективности реформы уголовной юстиции 5 марта с.г. поделились участники LHS Discussion Hub. Для обсуждения злободневных вопросов за круглым столом собрались представители профессионального сообщества — адвокаты и прокуроры.

Задавая тон обсуждению, партнер АО Ваrristers Алексей Шевчук предложил экспертам сфокусироваться на двух вопросах: что нужно изменить в работе правоохранительных органов и каким образом можно модифицировать уголовное законодательство? По убеждению модератора, подобные профессиональные дискуссии всегда интересны и важны, но практическую ценность от них удастся получить только тогда, когда мнение адвокатского сообщества будет услышано законодателями и самими представителями органов досудебного расследования. Как отмечалось, итоги такого обсуждения должны финализироваться в соответствующих предложениях по усовершенствованию.

У представителей власти отсутствует конкретная стратегия реформирования уголовной юстиции: комплексное видение относительно мер, которые нужно реализовать в ближайшие несколько лет. Еще один месседж, озвученный г-ном Шевчуком, который среди прочего обратил внимание на проблему обеспечения гарантий адвокатской деятельности, не утратившую своей актуальности до сих пор.

Проблема нарушения прав адвокатов сегодня действительно стоит довольно остро, вторит модератору Тарас Пошиванюк, партнер ЮК EQUITY. Кроме того, он обращает внимание еще на один проблемный вопрос — отсутствие реальных механизмов привлечения к ответственности следователей и прокуроров. Каждый участник уголовного производства должен ответственно относиться к исполнению своих полномочий, подчеркивает адвокат.

В своих оценках проводимой реформы уголовной юстиции г-н Пошиванюк довольно сдержан. «Пока что это пустые слова, все сводится к проведению кадровой перезагрузки органов прокуратуры», — делится своими наблюдениями спикер, добавляя, что данный процесс почему-то не затронул Специализированную антикоррупционную прокуратуру, хотя к работе ее представителей сегодня возникает много вопросов. Чуть ли не единственной позитивной новацией заявленной реформы он назвал ликвидацию института военной прокуратуры.

Как происходит кадровый апгрейд прокуратуры? Своим видением «изнутри» с участниками LHS Discussion Hub поделился Александр Жила, прокурор отдела Прокуратуры г. Киева. Он рассказал, что первый этап переаттестации уже вышел на финишную прямую: завершается процесс анонимного тестирования для сотрудников прокуратур регионального уровня. Реформирование — это позитивный опыт, признает спикер, но этот процесс, по его мнению, не должен быть постоянным и проводиться форсированными темпами.

Если кампанию по усовершенствованию ограничить исключительно кадровым аспектом, это не даст реальных результатов. Более того, по словам г-на Жилы, из-за нынешнего процесса переаттестации прокуроры на длительный период (кто-то на несколько недель, а кто-то и на месяц) «выпадают из профессиональной обоймы». «А это уже угроза национальной безопасности», — констатирует он, поясняя: пока прокурор проходит процедуру подтверждения своей профессиональной компетенции и добропорядочности, фактически он не может надлежащим образом исполнять свои обязанности, что приводит к нарушению прав обвиняемых (подозреваемых) в рамках уголовного производства. К тому же сложно представить себе объемы нагрузки, которая ляжет на плечи прокуроров, успешно прошедших процедуру переаттестации, ведь они получат «в наследство» дела, находившиеся в производстве «отсеянных» сотрудников. Это может привести к катастрофической ситуации с соблюдением разумных сроков рассмотрения уголовных производств.

Шаги, предпринимаемые законодателями в рамках реформирования, — это пока не что иное, как уничтожение «правоохранительного блока» в государстве, выражает убеждение другой спикер — Сергей Лысенко, управляющий партнер GRACERS law firm. При этом он позитивно оценивает возобновление координационной функции Генеральной прокуратуры Украины, в то же время подчеркивая: штат сотрудников нужно увеличивать не на уровне Офиса Генерального прокурора, а на местах — в местных прокуратурах, ведь именно они находятся в авангарде уголовного процесса. Негативную оценку эксперта также получила буквально недавно реализованная правительством идея ликвидации Национальной академии прокуратуры Украины, на базе которой должны создать Тренинговый центр прокуроров.

Несмотря на законодательные кампании «маски-шоу стоп», в последние несколько месяцев обыски у представителей бизнеса проводятся в довольно жесткой манере. А это уже наблюдения Дениса Овчарова, управляющего партнера АО Ovcharov & Partners, которыми он поделился с участниками экспертного обсуждения. Для минимизации рисков при проведении этого следственного действия предпринятых законодательных шагов мало. По мнению спикера, сейчас стороне уголовного производства нужно предоставить процессуальную возможность признать обыск (как «разрешение» следственного судьи на его проведение, так и саму процедуру) незаконным, особенно по так называемым фактовым делам.

Предоставить право признавать доказательства недопустимыми на начальном этапе уголовного производства считает очень хорошей идеей и Виктор Дума, адвокат Asters. Реализовать ее можно в том числе путем введения механизма апелляционного обжалования определения следственного судьи о проведении обыска.

Профессиональные стандарты должны быть одинаково высокими для всех трех классических фигур уголовного процесса: судей, адвокатов, прокуроров — такой тезис озвучил юрист практики разрешения споров МЮФ DLA Piper Артем Крикун-Труш, за плечами которого опыт работы в органах прокуратуры и Национальном антикоррупционном бюро Украины. Среди прочего он обратил внимание на проблему отсутствия реальной процессуальной самостоятельности у сотрудников органов досудебного расследования. При этом одним из инструментов для уменьшения нагрузки на следственные органы он назвал легализацию (путем принятия соответствующего закона) в Украине института частной детективной деятельности.

Участники LHS Discussion Hub сошлись во мнении, что сегодня у законодателя нет комплексного видения реформирования уголовной юстиции: все сводится к перезагрузке органов и институций, но кадры в этом случае решают не все.

 

Ольга КИРИЕНКО • «Юридическая практика»

Поделиться

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Подписывайтесь на «Юридическую практику» в Facebook, Telegram, Linkedin и YouTube.

0 комментариев
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
Slider

Другие новости

PRAVO.UA

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: