Генеральный партнер 2020 года

Издательство ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА
Главная » Выпуск №26 (1018) » Блокировочное расстройство

Блокировочное расстройство

После недавнего блокирования российских соцсетей и интернет-ресурсов разгорелась дискуссия о законности принятия подобных мер

На рассмотрении в Конституционном Суде Украины (КСУ) находится конституционное представление 49 народных депутатов о признании положений Указа Президента Украины от 15 мая 2017 года № 133/2017 «О решении Совета национальной безопасности и обороны Украины от 28 апреля 2017 года «О применении персональных специальных экономических и других ограничительных мер (санкций)» в части введения в действие пунктов 271, 272, 273, 274, 275, 276, 287, 422, 423, 424, 425, 434, 435 приложения 2 решения Совета национальной безопасности и обороны от 28 апреля 2017 года «О применении персональных специальных экономических и других ограничительных мер (санкций)» неконституционными.

Должен ли КСУ признать указанные положения соответствующими Конституции Украины? После недавнего масштабного блокирования российских социальных сетей и интернет-ресурсов стремительно разгорелась дискуссия о необходимости применения данного подхода, о том, являются ли такие блокировки законными, своевременными, обоснованными и вообще эффективны ли подобные мероприятия. Существуют различные мнения по этому вопросу, в том числе спекулятивные и некомпетентные. Если же опустить личную эмоциональную составляющую в обсуждении и обратиться к правовой основе этого вопроса, следует выделить такие важные аспекты.

 

Ограничения реализации прав

Реализация гарантированных прав на свободное выражение своих взглядов, мнений, сбор и распространение информации имеет свои ограничения, что отображается в ряде международных правовых актов, ратифицированных Украиной.

Согласно пункту 2 статьи 19 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года, каждый человек имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору.

Наряду с этим в пункте 3 той же статьи 19 указано, что пользование предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи правами возлагает особые обязанности и особую ответственность, следовательно, может быть сопряжено с некоторыми ограничениями, которые, однако, должны быть установлены законом и являться необходимыми:

a) для уважения прав и репутации других лиц;

b) для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения.

Такие же ограничения содержатся и в Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод от 4 ноября 1950 года, часть 1 статьи 10 которой устанавливает, что каждый имеет право на свободу выражения мнения. Это право включает свободу придерживаться своего мнения, получать и распространять информацию и идеи без вмешательства органов государственной власти и независимо от границ.

В то же время в части 2 этой же статьи Конвенции указано, что осуществление этих свобод, поскольку оно связано с обязанностями и ответственностью, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения конфиденциальной информации или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

Вполне логично, что эти международные принципы дублируются Конституцией Украины и законами Украины, в которых предусмотрена возможность ограничения доступа к информации, ее распространения, сбора и др. В отличие от неотъемлемого права на жизнь (никто не может быть произвольно лишен жизни, обязанность государства — защищать жизнь человека), предусмотренного статьей 27 Конституции Украины, право на информацию не является абсолютным и на соответствующих основаниях установленным законом способом может быть ограничено.

В статье 17 Конституции Украины говорится, что защита суверенитета и территориальной целостности Украины, обеспечение ее экономической и информационной безопасности являются важнейшими функциями государства, делом всего украинского народа.

Согласно статье 34 Конституции Украины, каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений. Часть 2 статьи 34 Основного Закона устанавливает, что осуществление этих прав может быть ограничено законом в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка с целью предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья населения, для защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или для обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.

«Такое конституционное ограничение прав лица собирать, хранить, использовать и распространять информацию согласуется с положениями пункта 2 статьи 29 Всеобщей декларации прав человека 1948 года, в которых указано, что при осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, которые установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе» (официальное толкование в соответствии с решением Конституционного Суда Украины от 20 января 2012 года № 2-рп/2012).

Согласно части 2 статьи 5 Закона Украины «Об информации», реализация права на информацию не должна нарушать общественные, политические, экономические, социальные, духовные, экологические и другие права, свободы и законные интересы других граждан, права и интересы юридических лиц.

Как мы видим, наряду с указанными значимыми правами человека на свободу слова, мысли, выражения своих взглядов, свободного доступа к информации и т.д. должны быть предусмотрены особые обязанности и ответственность, и государство для охраны государственной безопасности и территориальной целостности может устанавливать определенные ограничения указанных прав отдельными законами.

 

Практика Евросуда

В свете обсуждаемого вопроса блокирования веб-сайтов, соблюдения прав на свободу слова и других незыблемых прав человека необходимо для полноты и объективности обратиться к судебной практике Европейского суда по правам человека (Евросуд) по аналогичной проблематике.

Внимания заслуживают два последних решения по делам «Ahmet Yıldırım v. Turkey » (блокирование Google Sites) и «Cengiz and others v. Turkey» (блокирование YouTube).

В обоих случаях Евросуд единогласно принял решения относительно нарушения статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод от 4 ноября 1950 года, хотя в решении по делу «Cengiz and others v. Turkey» судья Лемменс изложил особое мнение (concurring opinion — мнение, которое совпадает с принятым судом решением, но имеет другие мотивы и основания для его принятия).

Что именно следует выделить для Украины в рамках данных решений и возможных обращений в Евросуд?

1. Европейский суд прямо признал значимость Интернета как способа осуществления права на свободу слова и информации. Принимая во внимание, что временное ограничение доступа третьих лиц к собственным страницам в соцсети, почтовому ящику и т.д., возникшее в результате блокирования отдельных ресурсов, представляет собой ограничение, а это ограничение Евросуд признал прямым давлением со стороны правительства.

2. Европейский суд указал, что статья 10 Конвенции, хоть и гарантирует право на передачу и получение информации, но не предоставляет абсолютную защиту от ограничений, которые в свою очередь должны основываться на законе, быть детально рассмотрены перед их введением.

3. Ограничения должны быть установлены законом, иметь правовую основу. Более того, такая правовая основа должна быть буквально «accessible and narrowly tailored», то есть доступной и четко прописанной, адресованной определенному объекту, служить конкретной цели и не затрагивать иные права и функционирования бизнеса, с целью предоставления третьим лицам возможности спрогнозировать законность конкретного поведения других лиц (что в свою очередь позволит корректировать собственное поведение).

4. Евросуд установил, что конкретные ограничения (в делах «Ahmet Yıldırım v. Turkey » и «Cengiz and others v. Turkey») хотя и имеют правовую основу национального законодательства, но не были четко сформулированы, то есть нарушили принцип доступности и предсказуемости. Европейский суд считает, что блокирование всей платформы было произволом и слишком широким шагом.

 

Выводы

Исходя из этих решений Европейского суда по правам человека, следует сказать, что Украине нужно быть готовой к появлению в Евросуде подобных обращений от «неравнодушных» граждан. Несмотря на то что в национальном законодательстве достаточно четко, по мнению автора, прописаны ограничения и их основания, Евросуд может не согласиться с этим (тем более что существует прецедент), а потому СНБО и Президент, вводя персональные санкции, должны предоставлять очень конкретные и неоспоримые доказательства того, что тот или иной субъект хозяйствования прямо использует социальные сети «ВКонтакте», «Одноклассники» и пр. в качестве инструмента российской агрессии на Украине, что угрожает национальной безопасности в целом и безопасности отдельных граждан.

 

ЛИННИК Евгений — юрист, г. Киев

Поделиться

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Подписывайтесь на «Юридическую практику» в Facebook, Telegram, Linkedin и YouTube.

0 Comments
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
Slider

Содержание

Правовидение

Акцент

Уверенный климат

Государство и юристы

Work в законе

Право на покупку или право выкупа?

Документы и аналитика

Комплексное следование

Блокировочное расстройство

В отказном порядке

Новости законотворчества

Судебная практика

Изменено формирование аукционного комитета по продаже нефти

КМУ предлагает уточнить закон о строительных нормах

Процедура реабилитации жертв репрессий изменится

Новости из зала суда

Самое важное

Суд не признал противоправным бездействие парламента в вопросе избрания судей

Приказ о дисциплинарном взыскании в отношении сотрудника ГНИ не предмет публичной информации — ВАСУ

Новости юридических фирм

Частная практика

ЮК VB Partners защитила интересы девелопера в споре с банком

Interlegal добился получения полной оплаты по FOB-контракту

CMS консультирует ЕБРР относительно инвестиций в акционерный капитал компании Żabka

AVELLUM консультировала Kernel Holding S.A. относительно приобретения ведущего сельскохозяйственного холдинга

МПЦ EUCON отстоял в суде интересы международной нефтяной компании

Василий Кисиль получил международную премию Market Maker in Ukraine

ЮФ Asters выступает консультантом Международной финансовой корпорации по финансированию компании «Нибулон»

Отрасли практики

Поле грани

Частный пульс

Искусственный отбор

Попасть в план

Самое важное

Славосочетание

Культ публичности

Судебная практика

Косвенный залог

От года до трех

Трудовое или корпоративное?

Тема номера

Акционная цена

Форексировать события

Рекламные кляузы

Частная практика

Именем справедливости

Smart фон

Параллельное изменение

Другие новости

PRAVO.UA

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: