Еженедельная газета «Юридическая практика»
Сегодня 12 ноября 2018 года, 19:54

Генеральный партнер 2018 года

Адвокатское Бюро Гречковского - генеральный партнер газеты Юридическая практика в 2015 году
Еженедельная газета «Юридическая практика»

Отрасли практики

№ 12 (1056) Медицинское право и фармацевтика от 20/03/18 (Отрасли практики)

Повышенная передача

Новый ВС устранил разночтения в применении статьи 98 ГК в части недействительности договоров ипотеки из-за отсутствия согласия хозобщества-ипотекодателя на передачу имущества

Евгений Левицкий
Специально для «Юридической практики»
Как и прежде, наиболее надежным способом обеспечения исполнения обязательства по кредитам остается ипотека

В пос­леднее время украинский рынок финансовых услуг начал постепенно оживать, а уровень банковского кредитования — опять расти. Как и прежде, наиболее надежным способом обеспечения исполнения обязательства по кредитам остается ипотека, поскольку именно она представляет собой реальный актив, за счет которого в случае дефолта должника может быть погашена задолженность перед банком.

В связи с этим не теряет своей актуальности вопрос противодействия недобросовестным заемщикам, которые предпринимают самые разнообразные креативные попытки для выведения имущества из-под ипотеки.

Например, ипотекодатели пытаются признать договоры ипотеки недействительными в судебном порядке, аргументируя свои притязания тем, что договор ипотеки якобы является договором об отчуждении имущества, стоимость которого превышает 50 % балансовой стоимости всех активов хозяйственного общества, а потому для заключения такого договора требовалось специальное согласование сделки общим собранием в соответствии с требованиями части 2 статьи 98 Гражданского кодекса (ГК) Украины. Отсутствие такого согласования, по мнению истцов, свидетельствует о дефектности сделки и, соответственно, влечет за собой недействительность ипотеки.

 

Ипотека vs отчуждение

Вместе с тем договоры об отчуждении имущества, которые относятся к сфере регулирования частью 2 статьи 98 ГК Украины, и договор ипотеки имеют разную правовую природу, а потому их отождествление для целей применения определенного в указанной статье механизма согласования сделки является ошибочным.

Так, ГК Украины включает договор ипотеки в категорию договоров об обеспечении исполнения обязательств (глава 49), то есть к акцессорному типу договоров, действующих до тех пор, пока действует основное обязательство (например, кредитный договор). С другой стороны, договор об отчуждении имущества является самостоятельным основным обязательством (например, договоры купли-продажи, дарения и т.п.).

Кроме того, цель договора ипотеки заключается в создании эффективного механизма удовлетворения требований кредитора за счет стоимости предмета ипотеки в случае просрочки должника, то есть суть такого договора — это охрана интересов кредитора, в то время договор об отчуждении имущества касается передачи имущества в собственность другому лицу.

Таким образом, очевидно, что договор ипотеки не является сделкой об отчуждении имущества и выполняет превентивную функцию — мотивировать должника к исполнению должным образом денежного обязательства под угрозой потери своего имущества. Только в том случае, если должник попадает в дефолт, предмет ипотеки может перейти в собственность ипотекодержателя или третьего лица — в зависимости от выбранного способа обращения взыскания.

 

Позиция судов

Тем не менее до недавнего времени в правоприменительной практике украинских судов существовали диаметрально противоположные подходы к рассмотрению дел по искам о недействительности договоров ипотеки в связи с отсутствием согласия общего собрания хозяйственного общества — ипотекодателя на передачу имущества в обеспечение.

Так, например, в деле № 34/77-27/356 Высший хозяйственный суд Украины указал, что «договоры, заключенные с целью обеспечения исполнения обязательств, не являются договорами об отчуждении имущества (в понимании статьи 98 ГК Украины)», и пришел к выводу о необоснованности требований истца признать недействительными и договоры залога и ипотеки в связи с отсутствием согласия общего собрания хозяйственного общества (постановление от 29 июня 2017 года).

Вместе с тем этот же суд пришел к противоположному выводу при рассмотрении дела № 910/18506/16, отметив, что договоры ипотеки и залога фактически направлены на отчуждение имущества хозяйственного общества, а потому эти сделки должны быть согласованы общим собранием в порядке, предусмотренном статьей 98 ГК Украины. Отсутствие такого согласования, по мнению суда кассационной инстанции, влечет за собой недействительность соответствующих договоров (постановление от 12 сентября 2017 года).

Устраняя разногласия в применении статьи 98 ГК Украины, новый Верховный Суд (ВС) постановлением от 21 февраля 2018 года отменил постановление Высшего хозяйственного суда Украины по делу № 910/18506/16 и указал, что суд кассационной инстанции «не учел, что договоры залога/ипотеки заключаются исключительно для обеспечения исполнения обязательств… в данном случае для обеспечения обязательств по кредитному договору, что не является безусловным отчуждением собственником своего имущества в пользу залогодержателя и ипотекодержателя». Ввиду указанного Верховный Суд оставил в силе постановление апелляционного хозяйственного суда об отказе в удовлетворении исковых требований о недействительности договоров залога и ипотеки в связи с отсутствием согласования этих сделок общим собранием хозяйственного общества.

 

Если ипотека — все же отчуждение

Верховный Суд в этом деле достаточно однозначно высказался в отношении правовой природы договоров об отчуждении имущества и договоров залога/ипотеки, в то же время выводы суда касаются исключительно толкования юридических норм.

Данная правовая позиция Верховного Суда не исключает, что такие обеспечительные договоры могут быть признаны недействительными при наличии соответствующей фактической составляющей. В частности, речь идет об установлении действительного намерения сторон сделки. Например, что ипотекодатель/залогодатель на самом деле не намеревался передать имущество в ипотеку/залог, а хотел его продать ипотекодержателю/залогодержателю, который, в свою очередь, хотел приобрести это имущество в собственность, а не получить в качестве обеспечения.

В этом случае суду сначала необходимо установить, что договор ипотеки/залога является мнимой сделкой в понимании статьи 235 ГК Украины, то есть он заключен с целью сокрытия настоящей сделки об отчуждении имущества. Только после этого, согласно положениям части 2 статьи 235 ГК Украины, к такому договору могут быть применены требования статьи 98 ГК Украины относительно процедуры согласования сделок об отчуждении имущества хозяйственного общества общим собранием.

 

ЛЕВИЦКИЙ Евгений — адвокат ЮФ Aequo, г. Киев


Комментарий

Мнимая ли сделка?

Дмитрий НИКОЛОВ,  юрист АО ADER HABER

Суды, занимая позицию «ипотека — это отчуждение», исходят из того, что в некоторых случаях необходимо защитить интересы общества, исполнительный орган которого де-факто осуществил отчуждение имущества без его согласия.

Но правильно ли с юридической точки зрения размышляют в таких случаях суды? По-моему, если будет установлено, что стороны де-факто скрыли факт купли-продажи, необходимо применять правовые последствия мнимой сделки: части 1, 2 статьи 235 ГК Украины предусматривают, что если будет установлено заключение сделки сторонами для сокрытия другой сделки, которую они на самом деле совершили, отношения сторон регулируются правилами сделки, совершенной сторонами в действительности.

Таким образом, в подобных случаях истец должен доказать, что цель заключения договора ипотеки состояла именно в отчуждении имущества, а не в обеспечении обязательства (особое внимание должно быть сосредоточено на ипотечных договорах, предусматривающих возможность внесудебного приобретения права собственности на предмет ипотеки).

Следует установить, не совершило ли ООО действия, свидетельствующие о принятии условий договора ипотеки (если фактически ООО начало распоряжаться кредитными средствами, зная об ипотеке, то в таком случае следует применять статью 241 ГК Украины: сделка считается одобренной в случае, если лицо осуществило действия, свидетельствующие о принятии ее к исполнению).

 

Поставить точку

Любомир МУЖИК, старший юрист, ЮФ Evris

Решение ВС по делу № 910/18506/16 наконец-то поставит точку в попытках ипотекодателей затянуть процесс обращения взыскания ипотекодержателя на имущество, переданное ему в ипотеку.

С решением соглашусь в целом, но не соглашусь с обоснованием. Указывая, что «договоры залога/ипотеки заключаются исключительно для обеспечения исполнения обязательств, в данном случае в обеспечение обязательств по кредитному договору, что не является безусловным отчуждением собственником своего имущества в пользу залогодержателя и ипотекодержателя», ВС сузил понимание «сделки» исключительно до действий по отчуждению имущества.

В уставах юрлиц, как правило, фигурирует положение о необходимости согласия общего собрания хозобщества на заключение сделок, которые превышают некую фиксированную сумму или процент от общей стоимости имущества предприятия. Но ведь такие сделки — это не всегда отчуждение. Это может быть аренда или договор хранения.

Считаю, что ВС вынес правильное по своей сути решение, но выводы, которые в нем отображены, не совсем совпадают с духом закона.

 



Присоединяйтесь к обсуждению!

Автор *
E-mail
Текст *
Осталось
из 2550 символов
* - Поля, обязательные для заполнения.

№ 12 (1056) от 20/03/18 Текущий номер

Медицинское право и фармацевтика

№ 12 (1056)
Отрасли практики

От суммы не зарекайся

Судебная практика

Полный вред

Тема номера:

В свете фарм

Частная практика

Советы Европы

Поддерживаете ли вы введение налога на выведенный капитал?

Да, в перспективе это будет эффективней налогообложения прибыли

Да, но только для малого и среднего бизнеса

Нет, для государства это непозволительная роскошь

Ни один закон не искоренит такое явление, как уклонение от уплаты налогов

Ваш собственный вариант ответа или комментарий Вы можете дать по электронной почте voxpopuli@pravo.ua.

  • Antika
"Юридическая практика" в соцсетях
Заказ юридической литературы

ПОДПИСКА