Еженедельная газета «Юридическая практика»
Сегодня 20 октября 2018 года, 14:02

Генеральный партнер 2018 года

Адвокатское Бюро Гречковского - генеральный партнер газеты Юридическая практика в 2015 году
Еженедельная газета «Юридическая практика»

Судебная практика

№ 1 (1045) Интеллектуальная собственностьот 09/01/18 (Судебная практика)

Обвинительный факт

Несмотря на то что границы допустимой критики в отношении публичного лица шире, чем в отношении рядового гражданина, в спорах о защите чести, достоинства или деловой репутации такого лица суды должны соблюдать презумпцию невиновности

Анатолий Гвоздецкий
«Юридическая практика»

Лица, приобретая статус публичности в силу своей политической деятельности, должности, социального положения, одновременно становятся потенциальными объектами особого контроля со стороны общественности и СМИ и нередко подвергаются острой критике за свои действия, заявления и образ жизни. При этом критика может звучать в адрес публичного лица и от других публичных лиц, например от политических оппонентов, представителей органов государственной власти... И в большинстве случаев такая критика перерастает в публичные обвинения, что в свою очередь побуждает «обвиненное» лицо прибегать к защите чести и достоинства в судебном порядке. В этом контексте следует обратить внимание на одно из дел, рассмотренных Верховным Судом Украины, который разбирался, что является оценочным суждением, а что — фактическим утверждением, и в постановлении от 29 ноября 2017 года (дело № 6-639цс17) обратил внимание судов на следующее: при принятии решений по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации публичного лица суды должны придерживаться основоположных принципов права.

Так, согласно обстоятельствам дела, в феврале 2016 года гр-н З. обратился в суд с иском к гр-ну Х., ООО «Информационное агентство» и ООО «Телерадиокомпания» о защите чести, достоинства и деловой репутации и обязательстве опровергнуть недостоверную информацию. Третьим лицом выступило Министерство внутренних дел Украины. Свои требования истец обосновывал тем, что 14 сентября 2015 года в ходе брифинга гр-на Х., состоявшегося в прямом эфире на телеканале ООО «Телерадиокомпания», последний, рассказывая о трагических событиях, произошедших 31 августа 2015 года возле здания Верховного Совета Украины, распространил недостоверную информацию и обвинил истца в преступных действиях, что на самом деле не соответствует действительности, является ложью и унижает его честь, достоинство и деловую репутацию как человека и политика. В дальнейшем видео брифинга было также размещено на сайте информационного агентства.

В связи с этим истец просил признать недостоверной и порочащей его честь, достоинство и деловую репутацию информацию, распространенную гр-ном Х., а именно высказывание: «...и поэтому гр-н З. как непосредственный исполнитель тех преступлений, той провокации...», обязать ответчиков опровергнуть недостоверную информацию и удалить ее с сайта.

Шевченковский районный суд г. Киева решением от 16 июня 2016 года в удовлетворении исковых требований отказал. Суд, учитывая характер и способ распространения информации, которую истец просил признать недостоверной, а также то, что обжалуемое высказывание является лишь отрывком из выступления гр-на Х., содержащим критику действий гр-на З. на должности министра внутренних дел Украины, пришел к выводу, что указанное суждение является оценочным.

В свою очередь Апелляционный суд г. Киева решением от 28 сентября 2016 года решение местного суда в части отказа в удовлетворении исковых требований отменил, признал недостоверной и порочащей честь, достоинство и деловую репутацию гр-на З. информацию, распространенную гр-ном Х., а также обязал телерадиокомпанию в 15-дневный срок с момента вступления решения суда в законную силу сообщить в эфире о принятом судом решении.

Определением от 21 декабря 2016 года Высший специализированный суд Украины по рассмотрению гражданских и уголовных дел (ВССУ) отменил решение апелляционного суда, а решение Шевченковского районного суда г. Киева оставил в силе.

Обратившись в Верховный Суд Украины с соответствующим заявлением, гр-н З. ссылался на неодинаковое применение кассационным судом положений статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод (Конвенция), статей 3, 4 и 6 Декларации о свободе политических дебатов в средствах массовой информации, принятой 12 февраля 2004 года на 872-м заседании Комитета Министров Совета Европы (Декларация), статей 34 и 62 Конституции Украины, статьи 277 Гражданского кодекса (ГК) Украины и статьи 30 Закона Украины «Об информации», повлекшее принятие разных по содержанию судебных решений в подобных правоотношениях, и просил суд отменить определение кассационного суда, а решение апелляционного суда оставить в силе.

Рассмотрев указанное заявление, Судебная палата по гражданским делам ВСУ пришла к выводу о наличии оснований для его удовлетворения, исходя из следующего.

Решая вопрос о признании распространенной информации недостоверной, суды должны определить характер такой информации и выяснить, является она фактическим утверждением или оценочным суждением.

Согласно части 2 статьи 30 Закона Украины «Об информации», оценочными суждениями, за исключением клеветы, являются высказывания, не содержащие фактических данных, критика, оценка действий, а также высказывания, которые не могут быть истолкованы как содержащие фактические данные, в частности, с учетом характера использования языковых стилистических средств (употребление гипербол, аллегорий, сатирических приемов). Оценочные суждения не подлежат опровержению и доказыванию их правдивости.

Таким образом, согласно статье 277 ГК Украины, предметом судебной защиты не могут быть оценочные суждения, мысли, убеждения, критическая оценка определенных фактов и недостатков, которые как выражения субъективной мысли и взглядов ответчика невозможно проверить на их соответствие действительности (в отличие от проверки истинности фактов) и опровергнуть, что соответствует прецедентной судебной практике Европейского суда по правам человека при толковании статьи 10 Конвенции.

Также ВСУ обратил внимание на следующее: в случае если истец в такой категории споров выступает публичным лицом, то суд должен учитывать положения Декларации, а также рекомендации, содержащиеся в Резолюции № 1165 (1998) Парламентской Ассамблеи Совета Европы о праве на неприкосновенность личной жизни.

В частности, в статьях 3, 4 и 6 Декларации указывается, что поскольку политические деятели и должностные лица, занимающие публичные должности или осуществляющие функции власти на местном, региональном, национальном или международном уровне, решили апеллировать к доверию общественности и согласились «выставить» себя на публичное политическое обсуждение, то они подлежат тщательному общественному контролю и потенциально могут быть подвергнуты острой и сильной общественной критике в СМИ по поводу того, как они исполняли или исполняют свои функции. При этом публичные лица не должны иметь большей защиты своей репутации и других прав по сравнению с другими лицами. В связи с этим границы допустимой критики в отношении публичного деятеля значительно шире, чем в отношении обычного гражданина. Публичные лица неминуемо открываются для придирчивого освещения их слов и поступков, и должны это осознавать.

Но, принимая решение по делу о защите достоинства, чести или деловой репутации публичного лица, суд также должен придерживаться основоположных принципов права, в том числе на презумпции невиновности.

Так, согласно статье 6 Конституции Украины, каждый, кто обвинен в совершении уголовного правонарушения, считается невиновным до тех пор, пока его вина не будет доказана в законном порядке. А в соответствии с положениями статьи 62 Основного Закона никто не обязан доказывать свою невиновность в совершении преступления.

В частности, ВСУ обратил внимание, что, согласно письму Генеральной прокуратуры Украины от 20 апреля 2016 года, по статистическим данным о работе следователей Главного следственного управления и Единого реестра досудебных расследований в уголовных делах, досудебное расследование в которых осуществлялось или осуществляется следователями этого управления, уведомление о подозрении гр-ну З. в период с 27 февраля 2014 года по 17 февраля 2016 года не предъявлялось. Кроме того, в письме Департамента информационных технологий МВД Украины от 20 апреля 2016 года указано, что, по данным департамента, истец в период с 31 августа 2015 года по 19 апреля 2016 года не привлекался и не привлекается к уголовной ответственности, неснятой или непогашенной судимости не имеет и не пребывает в розыске, а уведомления о подозрении не предъявлялись.

Верховный Суд Украины отметил следующее: поскольку распространенная гр-ном Х. информация, а именно высказывание «... и поэтому гр-н З. как непосредственный исполнитель тех преступлений, той провокации...», является фактическим утверждением, ВССУ, отменив решение апелляционного суда и оставив силе решение местного суда, не принял во внимание нормы национального международного права, прецедентной судебной практики Европейского суда по правам человека относительно презумпции невиновности и ошибочно счел указанное высказывание гр-на Х. оценочным суждением. Своим постановлением ВСУ отменил определение кассационного суда, а решение апелляционного суда оставил в силе.



Присоединяйтесь к обсуждению!

Автор *
E-mail
Текст *
Осталось
из 2550 символов
* - Поля, обязательные для заполнения.

№ 1 (1045) от 09/01/18 Текущий номер

Интеллектуальная собственность

№ 1 (1045)
Документы и аналитика

Разложить на алименты

Отрасли практики

Топ-контроль

Тема номера:

Копить на вырост

Частная практика

Дисциплинарный поступок

Как вы поступаете с sms-спамом?

Читаю, иногда покупаю рекламируемый товар

Удаляю, не читая

Устраиваю заказчику спама скандал/розыгрыш

Добиваюсь исключения моего номера из рассылки

Обращаюсь в суд

Не получаю / установлен спам-фильтр

Ваш собственный вариант ответа или комментарий Вы можете дать по электронной почте voxpopuli@pravo.ua.

  • aequo
  • Antika
"Юридическая практика" в соцсетях
Заказ юридической литературы

ПОДПИСКА