Еженедельная газета «Юридическая практика»
Сегодня 23 июля 2018 года, 12:33

Генеральный партнер 2018 года

Адвокатское Бюро Гречковского - генеральный партнер газеты Юридическая практика в 2015 году
Еженедельная газета «Юридическая практика»

Историческая практика

№ 33 (503) Возмещение морального вредаот 14/08/07 (Историческая практика)

Баронесса в монашьей рясе...

«Духовная власть имеет свою независимую область, у нее ключи от рая и ада. Но в общих преступлениях духовные лица подчиняются светскому суду, земной каре...» (Александр Лохвицкий)

Алексей Насадюк
«Юридическая практика»

«...такого процесса, каков процесс преподобной игуменьи Митрофании, еще не было, да, пожалуй, и не будет ни ныне, ни присно, ни во веки веков, а потому любители сильных ощущений и эффектных судейских mises en scenes, с архиереями и игуменьями в качестве свидетелей, с целым полком других свидетелей, с целым архивом письменных доказательств, с целым арсеналом улик рго и contra, с целою литературой «за» и «против», с милонами в основании, с «мученицей» во главе и со стотысячными адвокатскими гонорариями в придачу — такого процесса мы не видывали...» (Газета «Голос», 4 июня 1874 года).

Дело «игуменьи Митрофании» вызвало широкий общественный резонанс. Оно широко освещалось в прессе Российской империи и Европы. Ведь не так часто пред судом по обвинению в уголовных преступ­лениях, мошенничестве предстают люди дворянского происхождения и, более того, духовного звания. Заседание было открыто 5 октября 1874 года в Московском окружном суде по первому уголовному отделению под председательством Петра Дрейера. По обвинению в подлогах, мошенничестве, в присвоении, растрате чужого имущества и в соучастии в этих преступлениях суду преданы: начальница Московской епархиальной Владычно-Покровской общины сестер милосердия и Серпуховского Владычного монастыря игуменья Митрофания (в миру баронесса Прасковья Розен), московской 2-й гильдии купец Павел Васильевич Макаров, серпуховской 2-й гильдии купец Алексей Платонович Махалин, зубной врач Лев Данилович Трахтенберг и временно сапожковский купец Яков Григорьевич Красных.

Обвинение представляли прокурор Жуков и товарищ прокурора Смирнов. Защищали обвиняемых присяжные поверенные Семен Щелкан, Сергей Шайкевич, Владимир Пржевальский, князь Владимир Кейкуатов.

Интересы пострадавших представляли доктор уголовного права присяжный поверенный Александр Лохвицкий, присяжный поверенный Федор Плевако, присяжный поверенный Михаил Громницкий, присяжный поверенный Сергей Алексеев и гражданский истец Ушаков.

Как все начиналось

В начале февраля 1873 года петербургский купец Лебедев обратился к прокурору Петербургского окружного суда Анатолию Кони с жалобой на пользовавшуюся большой известностью в Петербурге и Москве игуменью Владычно-Покровского монастыря в Серпухове Митрофанию, обвиняя ее в подлоге векселей от его имени на сумму в 22 тысячи рублей. Доводы Лебедева были настолько убедительны, что Кони постановил начать следствие по делу, поручив его проведение судебному следователю Русинову. Произведенная им экспертиза наглядно доказала преступное происхождение векселей, и, по соглашению с Кони, было вынесено постановление о привлечении игуменьи Митрофании в качестве обвиняемой. «В то время исполнение служебного долга, «невзирая на лица», одинаково понималось всеми судебными деятелями от министра юстиции до судебного следователя включительно»,— писал Кони тридцать лет спустя.

Петербургское следствие в скором времени было продолжено в Москве. Когда в Москву пришли известия, что игуменья, про влиятельную роль которой ходили легендарные рассказы, привлечена в Петербурге как простая смертная к следствию, эти потерпевшие зашевелились, и в марте 1873 года возникло в Москве дело Медынцевой, а в августе — дело Солодовникова. Митрофанию два раза вызывали в Москву для допросов, а в августе того же года московская прокуратура потребовала дело Лебедева для одновременного производства и слушания с двумя упомянутыми выше делами, число свидетелей по которым, проживающих в Москве, значительно превышало число свидетелей по делу Лебедева.

Матушка-баронесса

Родилась и выросла будущая монахиня и настоятельница в аристократическом семействе. Дочь героя Отечественной войны 1812 года и наместника на Кавказе в 1831—1837 годах, генерала от инфантерии и генерал-адьютанта Григория Розена, она принадлежала к высшим кругам русского общества.

В юном возрасте Прасковья стала бывать во дворце почти ежедневно, войдя в свиту фрейлин императрицы. С такой стези двадцатишестилетняя баронесса круто свернула на иную — поступила послушницей в один из московских монастырей.

12 июня 1861 года Прасковья Розен была пострижена в стенах Серпуховского Владычного монастыря, а уже 2 авгус­та последовал указ о посвящении ее в сан игуменьи (высший монашеский сан в православии для монахинь), и еще четыре дня спустя Митрофания заняла пост настоятельницы упомянутой обители.

В конце шестидесятых годов игуменья Митрофания с энергией и целеустремленностью, ей присущими, взялась за создание общин сестер милосердия. Одна из них была учреждена в Петербурге, вторая — в Псковской губернии, третья — самая крупная — в Москве.

Огромное тщеславие настоятельницы-аристократки требовало для своего удовлетворения миллионов... но их не было даже у нее. Что же делать? Выход представлялся один: если благодетели и благотворители не приносят деньги сами — значит, их нужно из них вытрясти, выколотить тем или иным путем. За 10 лет игуменья, опираясь на свои связи и близость ко двору, присвоила посредством мошенничества и подлогов более 700 тыс. руб.

Известный юрист Анатолий Кони, который непосредственно был причастен к следствию по делу, оставил такие воспоминания о баронессе-игуменье: «Личность Митрофании была совсем незаурядная. Это была женщина обширного ума, чисто мужского и делового склада, во многих отношениях шедшего вразрез с традиционными и рутинными взглядами, господствовавшими в той среде, в узких рамках которой ей приходилось вращаться. Эта широта воззрений на свои задачи в связи со смелым полетом мысли, удивительной энергией и настойчивостью не могла не влиять на окружающих и не создавать среди них людей, послушных Митрофании и становившихся, незаметно для себя, слепыми орудиями ее воли. Самые ее преступления — мошенническое присвоение денег и вещей Медынцевой, подлог завещания богатого скопца Солодовникова и векселей Лебедева, — несмот­ря на всю предосудительность ее образа действий, не содержали, однако, в себе элемента личной корысти, а являлись результатом страстного и неразборчивого на средства желания ее поддержать, укрепить и расширить созданную ею трудовую религиозную общину и не дать ей обратиться в праздную и тунеядную обитель. Мастерские, ремесленные и художественные, разведение шелковичных червей, приют для сирот, школа и больница для приходящих, устроенных настоятельницей Серпуховской Владычно-Покровской общины были в то время отрадным нововведением в область черствого и бесцельного аскетизма «христовых невест». Но все это было заведено на слишком широкую ногу и требовало огромных средств. Не стеснявшаяся в способах приобретения этих средств игуменья Митрофания усматривала их источники в самых разнообразных предприятиях: в устройстве на землях монастыря заводов «гидравлической извести» и мыльного, в домогательстве о получении железнодорожной концессии на ветвь от Курской дороги к монастырю, в хлопотах об открытии в монастыре мощей нового святого угодника Варлаама и т. д. Когда из всего этого ничего не вышло, Митрофания обратилась к личной благотворительности. Ее связи в Петербурге, ее близость с высшими сферами и возможность щедрой раздачи наград благотворителям помогли ей вызвать обильный приток пожертвований со стороны богатых честолюбцев или людей, желавших, подобно скопцу Солодовникову, заставить официальный мир хоть на время позабыть о путях, которыми он и его товарищи по заблуждению думают спасти свою душу. Когда источники, питавшие такую благотворительность, были исчерпаны, приток пожертвований стал быстро ослабевать. С оскуде­нием средств должны были рушиться дорогие Митрофании учреждения, те ее детища, благодаря которым Серпуховская обитель являлась деятельной и жизненной ячейкой в круговороте духовной и экономической жизни окружающего населения. С упадком обители, конечно, бледнела и роль необычной и занимающей особо влиятельное положение настоятельницы. Со всем этим не могла помириться гордая и творческая душа Митрофании, и последняя пошла на преступление».

Слово обвинению

Деятельность игуменьи Митрофании и деятельность остальных подсудимых была доказана в отношении трех потерпевших: Лебедева, Медынцевой и Солодовникова, в связи с чем все материалы обвинения были разбиты на три части.

По делу Медынцевой игуменья Митрофания уличалась в том, что: 1) выманивала у Медынцевой, путем обмана и пользуясь положением Медынцевой, бланковые надписи и векселя и обратила их в свою пользу; 2) выманив бланки, дала им, против желания Медынцевой, назначение, обратив их в векселя и написав векселя эти задними числами; 3) при содействии Трахтенберга и опекуна Макарова путем обмана получила суммы свыше 300 рублей из опекунского управления Медынцевой и 4) присвоила себе отданные ей на хранение вещи Медынцевой. В тех же преступлениях уличается и купец Макаров, а зубной врач Трахтенберг, серпуховской купец Махалин и временно сапожковский купец Красных — в содействии первым двум при совершении ими вышеуказанных преступных деяний.

По делу Лебедева игуменья Митрофания уличалась в подлоге векселей от имени купца Лебедева и бланковой надписи от имени купца Макарова.

По делу Солодовникова игуменья Митрофания уличалась в подлоге духовного завещания Солодовникова, подделке векселей от его имени, подделке записей в документации монастыря о размере пожертвования Солодовникова.

Вердикт присяжных и решение власть имущих

«Да, виновна», — определи присяжные заседатели. «Игуменью Серпуховского Владычного монастыря Митрофанию... лишив всех лично и по состоянию ей присвоенных прав и преимуществ, сослать в Енисейскую губернию с запрещением выезда в течение 3 лет из места ссылки и в течение 11 лет в другие губернии»,— гласил суровый приговор суда.

Ни в какую Сибирь матушка Митрофания, в миру баронесса Розен, разумеется, не поехала. «Высочайшие» покровители определили бывшей фрейлине государыни императрицы «ссылку» почти курортную и в каюте первого класса отправили ее на одном из самых комфортабельных по тем временам пароходов по Волге до Царицына (ныне Волгоград), а оттуда — в Ставрополь, в тамошний ­Иоанно-Мариинский женский монастырь. В благодатном Прикавказье матушка долго не задержалась и вскоре переехала в Ладинский женский монастырь в не менее благодатной Полтавщине, а оттуда — в Дальне-Давыдовскую обитель Нижегородской губернии, в Усманский монастырь на Тамбовщине.



Комментарии: »

Александр Малыгин

Уважаемый Алексей! Я не понял о чем Ваша статья? Что Вы хотели ею сказать читателям газеты? Все эти измышления о игумении Митрофании (Розен) уже были опубликованы историком-краеведом советского периода А.А. Шамаро. На самом деле подделкой документов занималась не игумения, воспитанная с детства в любви к Богу, Отечеству и ближнему, руководствовавшая принципом, сформулированным Апостолом Петром: Никто не ищи своего, но каждый пользы другого. Подлогами и искажениями фактов занимались должностные лица органов юстиции Российской империи и Москвы, в том числе московский окружной прокурор К.Н. Жуков, его заместитель Д.Е. Рынкевич, московский следователь Спасский. Да и гонорары поверенных противной стороны, в случае признания документов на общую сумму около миллиона рублей фальшивыми, - исчислялись огромными по тем временам деньгами - сотнями тысяч рублей, что стимулировало их на активные, хорошо спланированные и скоординированные действия. Поверенный игумении Митрофании, отставной полковник А.М. Врубель, ранее служивший в полиции, убедительно доказал нарушения закона, допущенные чинами судебного ведомства, в том числе подделку документов, однако государственные структуры и высокопоставленные должностные лица, в том числе министр юстиции граф К.И. фон дер Пален, не захотели это увидеть и проверить. Вскоре, путем интриг и обмана, весьма опасный для них, настойчивый и неподкупный Врубель был отстранен от дел и не смог защищать игумению в суде. Кроме того, далеко не факт, что кончина в тюрьме благотворителя монашеских обителей и православных храмов, купца-миллионера, мануфактур-советника Михаила Герасимовича Солодовникова, последовавшая 3 октября 1871 года, не была спланирована. И к чему выпячивать тот факт, что жертвователь был скопцом. Разве его вина в том, что в 10-летнем возрасте он подвергся в лесу жестокому насильственному оскоплению двумя преступниками? Скорее это его беда, а не вина.
Суд в эпоху великих реформ, разгула либерализма и демократии... Разве Вам подобное не знакомо по современной судебной практике? Да к тому же с участием присяжных заседателей... Главное – театральное зрелище: произвести на публику и присяжных заседателей неизгладимое впечатление. Ну, конечно, тут Ф.Н. Плевако, присяжный поверенный наследников Солодовникова, был большим мастером. Еще русский мыслитель Константин Леонтьев, сравнивая итоги двух нашумевших судебных процессов того времени – над игуменией Митрофанией и акушеркой Верой Засулич - в статье Чем и как либерализм наш вреден, обратил внимание на явный парадокс: Митрофания виновата, а Вера Засулич права. Пожилую заслуженную женщину, увлекшуюся деятельным характером и желанием обогатить любимое ею религиозное учреждение, никто не жалеет; Веру Засулич, решающуюся на политическое убийство из-за коммунистических сочувствий, жалеют все и делают ей безумную овацию! Присоединяясь к позиции Леонтьева, напомню, что Засулич, потенциальную убийцу, стрелявшую в Петербургского градоначальника Ф.Ф. Трепова и тяжело ранившего его, - оправдали, а игумению Митрофанию, не причинившую никому никакого физического вреда, не совершившую никакого насилия, и даже не помышлявшую об этом, не присвоившую себе ни копейки, - суд, лишив всего, что только можно, приговорил к длительной ссылке в Сибирь, замененной Императором Александром II на Ставрополь. Это ли правосудие?
А разве Московское епархиальное начальство признало вину игумении? Ни в коей мере! Почитайте заключение Московской Духовной Консистории. И речь вовсе шла не о защите чести мундира. Когда необходимо – там умели наказывать церковнослужителей. Да, у нее были враги в руководстве Священного Правительствующего Синода, и это сыграло свою негативную роль как во время следствия, так и при вынесении обвинительного приговора. Вероятно, если бы тогда был жив духовный отец игумении Митрофании - Святитель Филарет, митрополит Московский и Коломенский, - суд над ней вряд ли бы вообще состоялся.
В свое статье Вы указываете в качестве отправной точки всего последующего процесса - начало февраля 1873 г., когда петербургский купец Д.Н. Лебедев обратился к прокурору по поводу векселей от его имени, предъявленных к оплате. Однако на самом деле вся коллизия началась после смерти М.Г. Солодовникова и последующего предъявления игуменией Митрофанией судебного иска к его наследникам о взыскании обещанной покойным на строительство московской общины сестер милосердия суммы. Тогда и началось дело Солодовникова. Но оно вызревало еще раньше, когда жертвователь был жив и находился с начала января 1871 года в заключении под следствием, обвиняемый в причастности к деятельности скопческой секты. Однажды игумении Митрофании пришлось обратиться к нему, сидящему в тюрьме, чтобы Михаил Герасимович подтвердил подлинность одной из своих денежных расписок, ибо его родственники не желали выплачивать по ней, что томившийся в неволе жертвователь и сделал в присутствии нотариуса. Вот когда началось дело Солодовникова, а не в августе 1873 года, как Вы указываете в своей статье. Можете ли Вы себе представить, чтобы здравомыслящая, умная и рассудительная женщина (что признавали даже ее оппоненты и что она лишний раз доказала на судебном процессе в октябре 1874 года) могла обратиться с иском в суд, заведомо сознавая подложность финансовых документов, зная о предстоящей судебной экспертизе? Лично я – никогда.
На второй день после праздника Крещения Господня 1873 года состоялось первое заседание Московского окружного суда по делу Солодовникова. Игумении Митрофании было отказано в удовлетворении иска. Вот тут, не дожидаясь апелляционного или кассационного разбирательства, Плевако и Ко решились на авантюру, пошли ва-банк, обвинив истицу в подлоге документов и подставив для совершения сего неблаговидного поступка, могущего доставить большие неприятности авторам этой идеи, Василия Солодовникова - больного брата-пьяницу почившего мануфактур-советника, не способного, по медицинским показаниям, нести какую-либо ответственность за свои слова и поступки, так ни разу и не появившегося на судебных заседаниях по делу игумении Митрофании.
Ваше утверждение о том, что игуменья, опираясь на свои связи и близость ко двору, присвоила посредством мошенничества и подлогов более 700 тысяч рублей, - вообще не выдерживает никакой критики. Откуда Вы почерпнули подобные сведения? Разве такое упоминалось при судебном разбирательстве? Да, суд обязал игумению Митрофанию выплатить госпоже Тицнер 76 тысяч рублей, исходя из стоимости приобретенных истицой векселей Медынцевой. Но игумения никогда не присваивала чужие деньги. Правда лишь то, что она не успела расплатиться с рабочими, возводящими здания Московской Владычне-Покровской общины. Но ей не дали такой возможности, заточив в камеру Сущевской части и отстранив от управления общиной и монастырем.
Почему Вы решили, что у игумении Митрофании ничего не получилось в ее деятельности? Напротив. Стараниями игумении Митрофании Серпуховской Введенский Владычный женский монастырь, в котором она несла послушание настоятельницы в 1861-1873 гг., - стал одним из лучших не только в Московской губернии, но и во всей России. Она создала, как Вы сами справедливо указываете в статье, Псковскую Иоанно-Ильинскую и Московскую Владычне-Покровскую епархиальные общины сестер милосердия. Она руководила работой Петербургской Покровской общины сестер милосердия, созданной Великой Княгиней Александрой Петровной, и Буригской Марии-Магдалинской сельской общины Порховского уезда, Псковской губернии, учрежденной еще одной известной подвижницей милосердия - княжной Марией Михайловной Дондуковой-Корсаковой, передавая общинам накопленный опыт и помогая материально. Все эти благотворительные учреждения успешно действовали вплоть до октябрьского переворота 1917 года: оказывали медицинскую помощь, давали приют и воспитание сиротам, обучали детей грамоте и ремеслу, выхаживали раненых во время русско-турецкой (1877-1878 гг.), русско-японской (1904-1905 гг.) и 1-й мировой войнах. И указанные в Вашей статье производственные предприятия при Серпуховском Владычнем монастыре и Московской Покровской обшине также успешно работали.
Именно игумения Митрофания спасла от разрушения одну из жемчужин Святой Руси – Желтоводский Макарьевский Троицкий монастырь Нижегородской епархии, решительно выступив против местного архиерея архиепископа Нектария (Надеждина) и других могущественных членов Синода, приговоривших обитель к разборке на кирпичи. Кто оказался прав? Хотя игумении Митрофании в 1868 году и не позволили воплотить ее замыслы по учреждению женской обители в упраздненном мужском монастыре, - но спустя 14 лет это удалось сделать новому Нижегородскому иерарху епископу Макарию (Миролюбову). Ныне сказочно красивый Макарьевский Свято-Троицкий женский монастырь величественно возвышается на берегу Волги! Можете в этом сами убедиться воочию.
Да, игумения Митрофания начала действия, необходимые для канонизации преподобного Варлаама Серпуховского (скончался 05.05.1377 г.) - келейника Святителя Алексея, митрополита Московского и всея Руси, строителя и первого настоятеля Серпуховского Владычнего монастыря. Но разве ее усилия оказались тщетны? По благословению Святителя Филарета (Дроздова) была сооружена новая рака над могилой подвижника благочестия. Незадолго до своей кончины Московский митрополит Филарет отправил в Синод подробный отчет, где перечислил действия московских епархиальных властей, касающиеся памяти старца Варлаама, не подвергая сомнению происходившие чудесные исцеления по молитвам к этому угоднику Божиему и записи очевидцев, подчеркивая при этом, что записи велись беспристрастно. С благословения Святителя Филарета, на месте погребения инока Варлаама была поставлена новая гробница (рака), над которой устроен балдахин и вокруг самой раки ступень чугунная и медная решетка. Преподобный Варлаам Серпуховской благоговейно почитался сестрами Серпуховской обители и многочисленными паломниками вплоть до закрытия монастыря в 1919 г. После возрождения монашеской жизни в Серпуховском Владычном монастыре, в начале 1996 года на прежнем месте была восстановлена гробница преподобного и зажжена неугасимая лампада. Вскоре у гробницы и от святого масла из этой лампады стали совершаться исцеления, а 18 (5 по старому стилю) мая 2000 года, в день преставления преподобного Варлаама, состоялось восстановление почитания основателя монастыря как местночтимого святого Московской епархии Русской Православной Церкви. Поклониться преподобному Варлааму приезжают тысячи паломников. С его именем связано явление миру, в Серпуховском Владычнем монастыре, в 1878 году, чудотворной иконы Божией Матери Неупиваемая Чаша, имеющей особую благодать исцеления от недуга пьянства. Как видите, и здесь игумения Митрофания оказалась права.
Из Ваших слов следует, что у осужденной была не жизнь, а сплошной праздник: каталась на пароходе, разъезжала по монастырям, расположенным в благодатной местности. Но не следует забывать о подорванном состоянии ее здоровья после годичного заключения в душной тюремной камере, непрерывных допросов, дополнительных следственных действий в Петербурге и длительного ожидания своей окончательной участи под присмотром полиции. Условия жизни в Ставропольском Иоанно-Мариинском монастыре были не столь благоприятны, как Вам кажется, для ее ослабленного болезнями организма, практически не знавшего отдыха долгие годы. Это ведь не Кавказский курорт, а степь - с сильнейшими, холодными, продувающими ветрами зимой.
Матушка Митрофания, приняв обеты монашества, в том числе нестяжательства, все свое наследство, доставшееся ей от весьма не бедных родителей и исчислявшееся не одной сотней тысяч рублей, отдала на дела милосердия, страждущим людям, строительство и благоустройство православных общин и храмов, воспитание сирот, не оставив себе ничего, кроме православных фамильных святынь. А денег на дорогу из Петербурга до Ставрополя выделили для осужденной в размере 300 рублей. Кормить и одевать в местах ссылки ее никто не собирался. Надо учитывать тот факт, что матушка была лишена не только сана игумении, но и монашеского звания. Поэтому в монастырях, указанных в Вашей статье, ссыльную не могли поставить на довольствие, да и с жильем были проблемы. Все средства на существование ей приходилось добывать своим трудам, - благо, что она была прекрасным иконописцем! Всю оставшуюся жизнь Прасковья Григорьевна Розен, - а скончалась оклеветанная подвижница милосердия через четверть века после московского судилища, 12 августа 1899 года, - трудилась, не покладая рук: ею написаны многие сотни прекрасных икон для российских православных храмов, она лечила и обучала насельниц монашеских общин и окрестных обитателей, помогала всем, чем только могла, вела церковно-исторические исследования, строго соблюдая данные ею однажды монашеские обеты. Упокой, Господи, ее светлую душу! Уверен что игумения Митрофания заслуживает реабилитации, и в первую очередь, Русской Православной Церковью. Хочется надеяться, что руководство Московской Патриархии найдет в себе силы исправить ошибку 130-летней давности. И тому пример – священномученик митрополит Ростовский Арсений (Мацеевич), скончавшийся в Ревельском каземате 28.02.1772 г., которого, назвав Андреем Вралем, лишили сана митрополита, монашества и приговорили к вечному заключению. 15(08 н.ст.) июня 1918 г. решением Поместного Собора Русской Православной Церкви владыка Арсений был восстановлен в святительском сане, а в августе 2000 г. на Юбилейном Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви причислен к лику святых для общецерковного почитания. А какие незаслуженные нападки и обвинения испытали преподобный Дионисий Радонежский, Святитель Русской Православной Церкви Зарубежом Иоанн (Максимович), архиепископ Шанхайский и Сан-Францисский! Преподобного Дулу страстотерпца, монаха одного их египетских монастырей, добрые братья-монахи оклеветали, обвинили в краже церковных сосудов, лишили монашеского чина, били и ходатайствовали о наказании его по закону того времени - через отсечение рук. Только признание настоящего похитителя сосудов спасло преподобного Дулу от окончательной расправы. Однако святой, претерпев тяжкие и долгие истязания по приказу городского правителя, почил через три дня после освобождения. И подобных примеров во всемирной истории человечества - тысячи. Духовенство и церковнослужители лучше других знают, какие наветы приходится им терпеть от ближних и дальних, от врагов и друзей; понимают они и причины этому явлению, разъясненному святыми отцами. Но эта истина - не предмет настоящей дискуссии. Цель моих замечаний к Вашей статье – еще раз обратить внимание судебных должностных лиц и присяжных заседателей на осторожность и всестороннюю продуманность во время проведения следствия, вынесения вердиктов и судебных решений, ошибочность которых может поломать жизнь невинных и добропорядочных людей, а журналистам напомнить о том, как важна непредвзятость и объективность публикуемых материалов, пусть даже спустя столетия после описываемых событий. Не все так просто, как кажется на первый взгляд или устоялось в общественном мнении. Гидробиологи, чтобы изучить жизнь моря, погружаются в его пучины, подсвечивают фонарями морское дно, используют глубоководные аппараты, а не сидят с удочкой на берегу, выуживая, что попадется на крючок, составляя картину морской природы на основании пойманного. Точно также следует действовать и в юридической практике, и в журналистике. Если у Вас есть что сказать в ответ на мои замечания - милости прошу писать на мой электронный адрес pokrov83@yandex.ru или обратиться через газету Юридическая Практика.
То же прошу делать и всех читателей газеты и сайта, поделиться своими наблюдениями, размышлениями и материалами.

Александр Малыгин. 23.09.2007 г.

Присоединяйтесь к обсуждению!

Автор *
E-mail
Текст *
Осталось
из 2550 символов
* - Поля, обязательные для заполнения.

№ 33 (503) от 14/08/07 Текущий номер

Возмещение морального вреда

Деловая практика

Заключение на возражение

Историческая практика

Баронесса в монашьей рясе...

Судебная практика

Пропорциональное взыскание

Тема номера:

Компенсация за «страдания» в Европе

К кому бы вы обратились для исполнения судебного решения?

к государственному исполнителю;

к частному исполнителю;

к коллектору;

мне все равно к кому, главное, чтобы решение было исполнено.

Ваш собственный вариант ответа или комментарий Вы можете дать по электронной почте voxpopuli@pravo.ua.

  • aequo

"Юридическая практика" в соцсетях
Заказ юридической литературы

ПОДПИСКА