Еженедельная газета «Юридическая практика»
Сегодня 19 марта 2019 года, 21:27

Генеральный партнер 2019 года

Адвокатское Бюро Гречковского - генеральный партнер газеты Юридическая практика в 2015 году
Еженедельная газета «Юридическая практика»

Судебные решения

№ 29 (499) Права человекаот 17/07/07 (Судебные решения)

Об ответственности за превышение власти и служебных полномочий

 

Квалифицировать действия лица как злостное неподчинение работнику милиции или сопротивление работнику правоохранительного органа возможно лишь тогда, когда установлено, что сами работники милиции действовали законно при исполнении служебных обязанностей

5 июня 2007 года коллегия судей Судебной палаты по уголовным делам Апелляционного суда г. Киева рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Киеве уголовное дело по апелляциям защитника осужденного гр-на К. — адвоката Б., защитника осужденного гр-на П. — адвоката А., защитника осужденных гр-на С. и грна Л. — адвоката М., на приговор Оболонского районного суда г. Киева от 21 марта 2007 года.

Этим приговором осуждены:

Гр-н П., 1 сентября 1975 года рождения, уроженец г. Киева, гражданин Украины, проживающий по адресу: г. Киев, ул. Р., д. № *, кв. № *, ранее не судимый, по части 2 статьи 365 УК на четыре года и шесть месяцев лишения свободы с лишением права занимать любые должнос­ти в органах внутренних дел сроком на три года.

На основании статьи 75 УК гр-н П. освобожден от отбывания наказания с испытательным сроком на три года.

В соответствии со статьей 76 УК на него возлагаются обязанности:

сообщать органам уголовно-исполнительной системы об изменении местожительства, работы;

периодически прибывать на регистрацию в эти органы.

Гр-н К., 30 ноября 1975 года рождения, уроженец г. Киева, гражданин Украины, проживающий по адресу: г. Киев, ул. М., д. № *, кв. № *, ранее не судимый, по части 2 статьи 365 УК на три года и шесть месяцев лишения свободы с лишением права занимать любые должнос­ти в органах внутренних дел сроком на три года.

На основании статьи 75 УК гр-н К. освобожден от отбывания наказания с испытательным сроком на три года.

В соответствии со статьей 76 УК на него возложены обязанности:

сообщать органам уголовно-исполнительной системы об изменении местожительства, работы;

периодически прибывать на регистрацию в эти органы.

Гр-н Л., 16 июля 1975 года рождения, уроженец пгт Погребище Винницкой области, гражданин Украины, проживающий по адресу: г. Киев, ул. Л., д. № *, кв. № *, ранее не судимый, по части 2 статьи 365 УК на четыре года лишения свободы с лишением права занимать любые должнос­ти в органах внутренних дел сроком на три года.

На основании статьи 75 УК гр-н Л. освобожден от отбывания наказания с испытательным сроком на три года.

В соответствии со статьей 76 УК на него возложены обязанности:

сообщать органам уголовно-исполнительной системы об изменении местожительства, работы;

периодически прибывать на регистрацию в эти органы.

Гр-н С., 28 декабря 1979 года рождения, уроженец с. Яхны Фастовского района Киевской области, гражданин Украины, проживающий по адресу: Киевская область, г. Фастов, ул. К., д. № *, ранее не судимый, по части 2 статьи 365 УК на три года лишения свободы с лишением права занимать любые долж­ности в органах внутренних дел сроком на три года.

На основании статьи 75 УК гр-н С. освобожден от отбывания наказания с испытательным сроком на два года.

В соответствии со статьей 76 УК на него возложены обязанности:

сообщать органам уголовно-исполнительной системы об изменении местожительства, работы;

периодически появляться на регистрацию в эти органы.

Приговором гр-н П., гр-н К., гр-н С. и гр-н Л. признаны виновными в превышении власти и служебных полномочий, которые сопровождались насилием, применением болевых и оскорбляющих личное достоинство потерпевшего действий, при таких обстоятельствах.

29 декабря 2003 года начальник отделения Управления уголовного розыс­ка (УУР) ГУ МВД Украины в Киевской области гр-н П., узнав от начальника Полесского районного отдела (РО) ГУ МВД Украины в Киевской области Т. о том, что районным отделом расследуется уголовное дело по части 2 статьи 189 УК по факту вымогательства денег неизвестными лицами у гр-на О. и, будто бы, есть достаточные основания для привлечения к уголовной ответственности за совершение этого преступления гр-на А., жителя г. Киева, в помещении которого необходимо провести обыск по постановлению суда, руководствуясь карьерными побуждениями, предложил Т. и его подчиненным практическую помощь в проведении обыска. Узнав о том, что проведение этого следственного действия, по поручению следователя, возложено на оперуполномоченного группы уголовного розыска Полесского РО ГУ МВД Украины в Киевской области В., гр-н П. сообщил Т., что со своими подчиненными будет ждать последнего в 7 часов утра 30 декабря 2003 года возле помещения гр-на А. по просп. О., д. № * в г. Киеве.

О необходимости предоставления практической помощи работникам Полесского РО ГУ МВД Украины в Киевской области гр-н П. в этот же день доложил начальнику УУР ГУ МВД Украины в Киевской области Р.

30 декабря 2003 года, около 8 часов утра, в тот момент, когда гр-н П., грн К., гр-н Л. и гр-н С. в автомобиле гр-на П. ждали В., к подъезду № * дома № * по просп. О. в г. Киеве подъехал на собственном автомобиле марки «Пежо-605» грн А., вышел из автомобиля и зашел в дом.

В. с постановлением суда о проведении обыска в квартире гр-на А. еще не появился, соответственно, у гр-на П., грна К., гр-на Л. и гр-на С. не было никаких законных оснований для проникновения в помещение гр-на А. и других действий относительно последнего, с целью проведения обыска, что они знали и осознавали. Но, несмотря на это, гр-н П., действуя противозаконно, выходя за рамки своих властных и служебных полномочий, при отсутствии любых уполномочивающих такие действия процессуальных документов, стараясь проявить инициативность и добросовестность в отношении к своим служебным обязанностям перед руководством ГУ МВД Украины в Киевской облас­ти, дал незаконное указание подчиненным ему работникам гр-ну К., гр-ну С. и гр-ну Л. задержать гр-на А., распределив обязанности между ними и очертив план действий, на что они, действуя согласованно и осознавая противоправный характер своих действий, согласились.

Гр-н С. и гр-н Л., выполняя указание своего непосредственного руководителя гр-на П., действуя с превышением властных полномочий, осознавая это, с целью задержания гр-на А., зашли за последним в кабину лифта и, ничего не сообщая ему, стали подниматься с ним на пятый этаж, где расположена квартира пострадавшего. Гр-н П. с гр-ном К. в этот момент стали подниматься на пятый этаж по лестнице.

Когда кабина лифта остановилась и гр-н А. стал выходить на площадку пятого этажа, гр-н Л. и гр-н С., действуя согласованно и без какого-либо предупреждения, закрыли на его правой руке наручники и с применением физического насилия, заворачивая руки за спину, начали валить потерпевшего на пол. На помощь гр-ну Л. и гр-ну С. бросились гр-н П. и гр-н К., которые поднялись по лестнице. Повалив гр-на А. на пол, гр-н П. и гр-н С. закрутили ему руки за спину, закрыв на запястьях наручники. Действуя противоправно и цинично, дискредитируя своими действиями органы внутренних дел, с целью преодоления у последнего любой воли к сопротивлению, явным образом выходя за рамки властных полномочий, гр-н П., гр-н К., гр-н Л. и гр-н С. стали бить последнего ногами по спине, туловищу и ногам, пока потерпевший лежал на полу площадки пятого этажа, причинив средней тяжести телесные повреждения и легкие телесные повреждения.

Подвергшись внезапному нападению, гр-н А. стал кричать и призывать на помощь. На его вопли из квартиры выбежали жена, гр-ка И., и сестра, гр-ка Л. Последняя бросилась на помощь, но грн К. остановил ее, нанеся удар рукой в область головы. В этот момент трое других работников милиции закрутили пострадавшему руки за спину. Когда гр-н Л. и грн С. повели потерпевшего к лифту, грн К. представился гр-ке И. и гр-ке Л. работником милиции, но причин задержания гр-на А. не сообщил, как и того, куда последний будет доставлен.

Спустившись на первый этаж, осужденные голову пострадавшего завернули в куртку, в которую он был одет, чтобы последний не мог видеть, куда его ведут, применяя силу и болевые приемы, закрутили ему за спину руки, на которых были надеты наручники, и таким образом, на виду у соседей, повели к его же собственному автомобилю. Возле автомобиля к ним подошел гр-н П., собственноручно вынул из кармана куртки пострадавшего ключи от его автомобиля, открыл его и сел за руль, дав указание гр-ну Л. и гр-ну С. поместить гр-на А. на заднее сидение указанного автомобиля, что те и сделали, сев с обеих сторон от задержанного. В салоне автомобиля гр-н Л. и гр-н С. натянули на голову гр-на А. вязаную шапку, чтобы последний не мог видеть направления движения автомобиля. После этого гр-н П. направил автомобиль к ГУ МВД Украины в Киевской области. Гр-н К. ехал за ними на автомобиле гр-на П.

Продолжая свои преступные действия, нарушая конституционные права гр-на А. на личную неприкосновенность и неприкосновенность его имущества, без наличия любых уполномочивающих на это процессуальных документов, которые бы предоставляли им право задержать потерпевшего, с применением насилия, они незаконно доставили последнего в ГУ МВД Украины в Киевской области.

Около 11 часов в ГУ МВД Украины в Киевской области приехал В., привезя с собою постановление суда на проведение обыска в помещении гр-на А. Гр-н К. и грн Л., продолжая действовать незаконно, взяли в пользование автомобиль пострадавшего, поместили его на зад­нее сидение, оставляя его в наручниках, и поехали с В. к месту жительства гр-на А. проводить обыск по постановлению суда.

После проведения обыска пострадавший был доставлен для участия в следственных действиях в следственный отдел Полесского РО ГУ МВД Украины в Киевской области.

Из-за явного отсутствия каких-либо доказательств причастности гр-на А. к вымогательству денег у гр-на О. следователь Полесского РО ГУ МВД Украины в Киевской области С., после допроса гр-на А. как свидетеля по делу № *, около 21 часа предоставил ему возможность возвратиться домой.

В апелляции защитник Б. просит приговор отменить и вынести относительно гр-на К. оправдательный приговор, ссылаясь на то, что решение суда вынесено с нарушением норм процессуального и материального права. Судом надлежащим образом не исследованы и не проанализированы собранные по делу материалы, в связи с чем вынесен незаконный приговор, который не отвечает фактическим обстоятельствам. По мнению апеллянта, дело расследовалось необъективно, с грубым нарушением норм УПК, предубежденно, с обвинительным уклоном. Кроме того, апеллянт отмечает, что из приговора не усматривается, какими умышленными действиями осужденный гр-н К. превысил власть и служебные полномочия и какие именно телесные повреждения он нанес потерпевшему и в чем они проявились; что акт судебно-медицинского освидетельствования, выводы экспертов и протокол допроса эксперта не могут быть признаны доказательствами по делу, так как не отвечают требованиям действующего законодательства. Отмечает, что следователем при проведении досудебного следствия полностью игнорировался факт наличия у работников милиции соответствующих документов на проведение следственных действий с гр-ном А., а потому, по его мнению, он не усматривает в действиях гр-на К. карьерных побуждений.

В апелляции защитник А. просит отменить приговор и вынести новый, которым оправдать гр-на П., ссылаясь на то, что суд при вынесении приговора не дал оценку имеющимся доказательствам, а потому выводы суда не отвечают фактическим обстоятельствам дела. Апеллянт утверждает, что дело относительно его подзащитного фальсифицировалось как на досудебном следствии, так и в суде. Судья не выслушивал ходатайства и не присоединял их к материалам дела, не устранил явные разногласия в показаниях пострадавшего и свидетелей. Кроме того, апеллянт отмечает, что в приговоре не указано, какими именно были служебные или властные полномочия его подзащитного и в чем состоял явный выход за рамки предоставленных ему прав и полномочий.

В апелляциях и дополнении к ним защитник С. просит отменить приговор и вынести новый, которым оправдать грна Л. и гр-на С., ссылаясь на те самые доводы, которые указаны в апелляции защитника А. и на то, что суд поверхностно исследовал обстоятельства, которые характеризуют личности осужденных, на нарушение их права на защиту, что процессуальные документы, на которые ссылается суд в приговоре, составлены с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства.

Заслушав доклад судьи апелляционного суда, пояснения прокурора, который возражал против апелляций и считал, что приговор может быть оставлен без ­изменения, пострадавшего, который поддержал доводы прокурора, защитников и осужденных, которые поддержали апелляции, проведя судебные дебаты, заслушав последнее слово осужденных, изучив дело, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним, коллегия судей считает их не подлежащими удовлетворению на таких основаниях.

Виновность осужденных гр-на П., грна К., гр-на Л. и гр-на С. в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в приговоре, подтверждена доказательствами, которые есть в деле, которым суд первой инстанции в совокупности дал надлежащую оценку.

Поэтому доводы апелляций об обратном являются безосновательными.

Потерпевший гр-н А. дал последовательные и детальные показания о его незаконном задержании и избиении руками и ногами всеми четырьмя осужденными, доставлении его на его же автомобиле в управление уголовного розыска на ул. Владимирскую, 15, где его продержали около двух часов в наручниках, стоя возле стены. Пока проводился осмотр его автомобиля и обыск в квартире, он также находился в наручниках. В г. Иванкове, куда его привез В., следователь С. подверг допросу его как свидетеля и отпустил домой. Он жаловался следователю на боль в спине и просил вызвать «Скорую помощь». После освобождения жена и товарищ отвезли его в больницу, где у него был установлен перелом третьего поперечного позвонка с правой стороны и другие телесные повреждения, которые были ему причинены совместными действиями осужденных.

В основу приговора правильно положены показания потерпевшего гр-на А., свидетелей гр-ки Н., гр-на Д., гр-ки Б., грки И., гр-ки Л., которые согласовываются между собою и с другими доказательствами по делу, дополняют друг друга, были последовательными, не содержали разногласий в части описания действий осужденных. Кроме того, потерпевший, свидетели гр-ка Б., гр-ка И., гр-ка Л. во время воспроизведения обстановки и обстоятельств события на мес­те рассказали и показали, как производились незаконные действия со стороны осужденных относительно гр-на А.

В частности, свидетель гр-ка Б. показала, что 30 декабря 2003 года около 8 часов она проснулась от того, что услышала в подъезде шум и нецензурную брань. Подойдя к дверям и приоткрыв их, она увидела, что на полу между лифтом и коридорчиком мусоропровода лежит гр-н А., у которого руки были заведены за спину. Четверо молодых людей били пострадавшего ногами. В это время на вопли из квартиры гр-на А. вышли его сестра и жена. Сестра хотела поднять гр-на А., но один из мужнин оттолкнул ее, и она ударилась о стену. На вопрос жены потерпевшего, один из мужчин, который ударил сестру, показал гр-ке И. какой-то документ, а гр-на А. потащили вниз. Через окошко, которое расположено на лестничной клетке, она видела, что гр-на А. посадили в его автомобиль, с ним сели трое мужнин, а один сел в другой автомобиль.

Фактически и из показаний свидетеля гр-ки Н. следует, что 30 декабря 2003 года в 8 часов из подъезда двое или трое мужнин вытащили ее соседа гр-на А., у которого руки были заведены за спину, голова согнута на уровне колен. Когда его заталкивали в автомобиль, то один из мужчин ударил гр-на А. в лицо. Потом трое мужчин вместе с гр-ном А. сели в автомобиль последнего, а четвертый — в неподалеку припаркованный автомобиль, и поехали.

Указанные свидетелями гр-кой Б. и гр-кой Н. обстоятельства нашли подтверждение в свидетельских показаниях гр-ки Л. и гр-ки И., которые, кроме того, категорически утверждали, что одним из четырех лиц, которые на площадке пятого этажа били ногами лежащего с надетыми наручниками пострадавшего, был осужденный гр-н К., поскольку на их вопрос лишь он показал свое удостоверение с этой фамилией.

Также свидетели гр-ка Л. и гр-ка И. указали, что через два часа, после того как повезли в неизвестном им направления гр-на А., работники милиции проводили в их помещении обыск. Тогда им и сказали, что гр-н А. находится на ул. Владимирской, 15. Вечером в тот же день им позвонил по телефону товарищ мужа гр-н Д. и сказал, что надо забрать гр-на А. Гр-ка И. и гр-н Д. нашли потерпевшего, когда он шел по трассе. В машину сесть он не мог, жаловался на боль в спине. Сказал, что при задержании работники милиции били его ногами по спине и почкам. Потерпевший сразу был отвезен в больницу, где ему сделали рентген и обнаружили перелом поперечного позвонка с правой стороны.

Свидетель гр-н Д. подтвердил эти обстоятельства.

Итак, этими доказательствами безус­ловно доказано участие осужденных, в частности гр-на К., в преступных действиях относительно потерпевшего.

Доводы о том, что гр-н К. присоединился к остальным трем осужденным уже после задержания потерпевшего и не применял к нему насилия, правильно признаны судом первой инстанции несоответствующими действительности. Версия гр-на К. о том, что во время задержания пострадавшего он отвлекся для общения со знакомым по поводу возврата долга, сама по себе свидетельствует о ее необоснованности, учитывая, кроме всего, выполнение им в это время с другими осужденными оперативно-розыскных действий и наличие обязательного для него приказа гр-на П. на задержание гр-на А.

Доводы апелляций о разногласиях в свидетельских показаниях гр-ки Л., грки И., гр-ки Б. коллегия судей считает необоснованными, поскольку эти свидетели, по-своему воссоздавая обстоятельства содеянного преступления, привели детально такие данные относительно участия осужденных в нем, которые могли привести лишь очевидцы событий, и которыми они, в сущности, дополнили показания друг друга. Кроме того, индивидуальное восприятие каждым из свидетелей обстоятельств событий не может оцениваться как разногласие вообще. А в данном случае это никак, по мнению коллегии судей, не влияет на оценку действий осужденных.

Кроме того, показания этих свидетелей и потерпевшего, по мнению коллегии судей, являются правдивыми и потому, что основания для оговора ними осужденных по делу не установлены. А сам по себе факт пребывания гр-ки Л. и гр-ки И. в родственных отношениях с пострадавшим не свидетельствует о неправдивости их показаний.

Оценивая свидетельские показания гр-ки Л. и гр-ки И., следует отметить и то, что они последовательно указывали на гр-на К., а не на кого-то другого из осужденных, как на лицо, которое на месте задержания и избиения вместе с другими пострадавшего, показало им свое удостоверение.

Об участии гр-на К. в незаконных насильнических действиях относительно потерпевшего свидетельствует и содержание рапорта осужденного гр-на С. на имя начальника управления уголовного розыска, в котором он, наряду с другими, назвал и гр-на К. как участника задержания гр-на А. с применением физического влияния.

То, что именно от действий осужденных, которые незаконно задержали потерпевшего, у того были выявлены указанные в приговоре телесные повреждения, подтверждается и свидетельскими показаниями гр-на С., гр-на В., гр-на О., которым гр-н А. жаловался на боль в спине и просил вызвать «Скорую помощь».

Как установлено по делу, с момента задержания и до передачи оперуполномоченному Полесского райотдела милиции В. потерпевшего, гр-н А. постоянно находился в наручниках под надзором осужденных, то есть, не мог получить другим, чем установлено судом, путем телесные повреждения.

На отсутствие у пострадавшего телес­ных повреждений до его задержания работниками милиции указывал и свидетель гр-н Д.

Итак, доводы апеллянтов о том, что осужденные не били потерпевшего и не от их действий у того выявлены телесные повреждения, — безосновательны.

Кроме того, из показаний самих осужденных усматривается, что они, фактически, не возражали против применения к пострадавшему спецсредств, о чем составили рапорты.

Показания пострадавшего и свидетелей согласовываются и с выводами судебно-медицинских экспертиз от 28 марта 2005 года, от 7 ноября 2006 года относительно срока возникновения и локализации телесных повреждений, выявленных у потерпевшего гр-на А.

Кроме того, согласно показаниям судебно-медицинского эксперта, телесные повреждения, в том числе перелом поперечного отростка позвоночника, вследствие падения на плоскую поверхность исключаются. Эти повреждения могли образоваться от ударов ногами и от применения спецсредств. Эти показания судебно-медицинский эксперт В. подтвердил при допросе его в судебном заседании.

Что касается доводов стороны защиты о невозможности признания надлежащими доказательствами в деле акта судебно-медицинского освидетельствования гр-на А., проведенных судебно-медицинских экспертиз относительно телесных повреждений у последнего, показаний судебно-медицинского эксперта В., то коллегия судей считает их необоснованными, поскольку оснований так считать дело не содержит. Указанные экспертизы проведены лицом надлежащей квалификации, которое имеет продолжительный экспертный стаж. Экспертные выводы имеют надлежащее мотивирование. Составленные судебно-медицинские выводы, по мнению коллегии судей, отвечают требованиям нормативных актов к их содержанию и не вызывают сомнений в их правильности.

Кроме того, когда в судебном заседании ставился вопрос о проведении дополнительной судебно-медицинской экспертизы, он был поддержан сторонами. При этом сторона защиты не высказывала сомнений относительно компетенции эксперта.

Что касается доводов апелляций о законности действий осужденных относительно потерпевшего, то они тщательно проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны безосновательными.

В частности, из уголовного дела № * по обвинению гр-на О. по части 2 статьи 383 УК, которое изучалось во время досудебного следствия, усматривается, что действительно следователем Полесского РО С. во время расследования уголовного дела по заявлению гр-на О. о вымогательстве у него денег неизвестными лицами, через начальника Полесского РО давалось поручение службе опер­уполномоченных райотдела совершить два процессуальных действия относительно грна А., а именно: провести обыск по месту его проживания и доставить в райотдел для проведения следственных действий. Резолюцией начальника райотдела милиции поручение следователя было направлено для выполнения опер­уполномоченному райотдела В.

Судом первой инстанции установлено, что именно у В., а не у осужденных, находились надлежаще оформленные процессуальные документы, которые предоставляли только ему основания совершать необходимые следственные действия относительно гр-на А.

Это нашло свое подтверждение как в показаниях С. и В., так и в показаниях самих осужденных, которые не отрицали отсутствия у них во время нахождения в 8 часов 30 декабря 2003 года возле дома, где жил потерпевший, постановления суда о разрешении на проведение обыс­ка в квартире и поручения следователя на проведение ими такого обыска с дальнейшей доставкой гр-на А. к нему.

Доводы апеллянтов о наличии у осужденных факсокопий таких поручений следователя проверялись судом первой инстанции и обоснованно признаны не соответствующими действительнос­ти, поскольку поступление такой коррес­понденции в управление криминального розыска ГУ МВД в Киевский области не подтверждается данными книги регистрации входной корреспонденции. Как установлено судом, за период с 16 декабря 2003 года по 30 января 2004 года в это управление из Полесского РО вообще не поступало никакой корреспонденции.

Кроме того, по мнению коллегии судей, наличие или отсутствие этих факсокопий или оперативно-розыскных дел никак не влияют на оценку действий осужденных, потому что поручения следователя уже в рамках расследованного уголовного дела, соответственно требованиям статей 114, 118 УПК, для выполнения были направлены не им и даже не в подразделение милиции, где они работали.

Кроме того, существование просьбы начальника Полесского РО к ГУ МВД Украины в Киевской области предоставить помощь по уголовному делу по заявлению гр-на О., как утверждают апеллянты, не исключает виновности осужденных, поскольку, во-первых, она не является поручением следователя, во-вторых, она не сводилась к самостоятельному совершению процессуальных действий (обыск жилья, задержание, доставка лица). А УПК не предусматривается права начальника райотдела милиции давать обязательные для выполнения указания оперативным подразделениям по делу, к расследованию которого он не имеет непосредственного отношения.

О незаконности действий осужденных свидетельствует и то, что следователь не поручал задерживать гр-на А. вообще, а лишь доставить к нему, что не является тождественным.

Между тем, задержав потерпевшего, осужденные доставили его не к следователю в Полесский РО, а без оснований привезли и несколько часов держали в наручниках в помещении управления уголовного розыска ГУ МВД Украины в Киевской области по ул. Владимирской, 15 в г. Киеве.

Доводы апеллянтов о том, что при задержании гр-на А. последний оказывал активное сопротивление, а потому подсудимые действовали соответственно полномочиям, предоставленным Законом Украины «О милиции», опровергаются отсутствием дела об административном правонарушении по статье 185 КпАП («Злостное неподчинение работнику милиции»), уголовного дела в отношении грна А. по статье 342 УК («Сопротивление работнику правоохранительного органа») и показаниями прежде указанных свидетелей события.

Кроме того, квалифицировать действия лица как злостное неподчинение работнику милиции или сопротивление работнику правоохранительного органа возможно лишь тогда, когда установлено, что сами работники милиции действовали законно при исполнении служебных обязанностей, что отсутствовало в действиях осужденных.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что осужденные действовали вопреки интересам службы именно из карьерных побуждений.

Доводы апелляции — защитника С. о том, что, якобы, суд не исследовал функциональные обязанности работников УУР ГУ МВД Украины в Киевской области, ­безосновательны.

Наоборот, как усматривается из протокола судебного заседания, суд исследовал извлечения из приказов о назначении осужденных на должности, Закон Украины «О милиции». Указанный Закон является главным для всех работников милиции на любых должностях и содержит перечень их должностных прав и обязанностей.

Таким образом, следует признать, что судом первой инстанции дело рассмотрено полно и всесторонне, имеющимся доказательствам дана надлежащая оценка и обоснованно постановлен обвинительный приговор.

Квалификация преступных действий осужденных по части 2 статьи 365 УК является правильной.

Наказание назначено с соблюдением требований статьи 65 УК, отвечает содеянному и личностям осужденных.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы давали основания к отмене или изменению приговора, коллегия судей не усмат­ривает.

Исходя из изложенного, все доводы апелляций являются необоснованными, а потому они не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 365, 366 УПК, коллегия судей определила следующее:

— приговор Оболонского районного суда г. Киева от 21 марта 2007 года относительно гр-на П., гр-на К., гр-на Л., гр-на С. оставить без изменения, а апелляции защитников Б., А., М. — без удовлетворения.

(Определение коллегии судей Судебной палаты по уголовным делам Апелляционного суда г. Киева от 5 июня 2007 года. Дело № 11-а-1007. Председательствующий — Белан Н.А., судьи — Британчук В.В., Наставный В.В.)

Создаем библиотеку судебных решений



Присоединяйтесь к обсуждению!

Автор *
E-mail
Текст *
Осталось
из 2550 символов
* - Поля, обязательные для заполнения.

№ 29 (499) от 17/07/07 Текущий номер

Права человека

Деловая практика

В какой суд идти пайщику?

Комментарии и аналитика

Акционер и акционерное общество: права и обязанности

Тема номера:

Иностранцам ПДД «не писаны»

Частная практика

Учреждающее лицо

Поддерживаете ли вы разделение Государственной фискальной службы Украины на два ведомства?

Да, это позволит навести порядок и в налоговой, и на таможне

Нет, все фискальные органы должны быть объединены в один

Нет, это делается исключительно из кадровых соображений

Как ни реорганизовывай, на налоговых поступлениях это не отразится

Ваш собственный вариант ответа или комментарий Вы можете дать по электронной почте voxpopuli@pravo.ua.

  • Antika
"Юридическая практика" в соцсетях
Заказ юридической литературы

ПОДПИСКА